Блаженный. Князь казачий!

- и расхохоталась - Ну что съели князья да бояре? Скушали воеводы да атаманы? - хохотала она - Вы годами судили да рядили, что да как, а мальчишка за пять минут решил проблему. Ой Сашенька, дай я тебя расцелую... - и никого не стесняясь, трижды поцеловала меня в губы.

- Да племяш... - расстроено покачал головой дядька Годимир - Рота! И ведь на поверхности лежало... - расстроенно махнул он рукой.

- А ты не кручинься Годимир - одобрительно улыбнулся мне Глеб Олегович Бориспольский - Парень то голова, радоваться надо, а ты грустишь?

- Да я отчего грущу - прижал руку к груди дядька - Что мы остолопы сами до такого не додумались.

..

- И ведь правда Глеб, на виду всё было, а никто в том направлении не подумал - поддержал его волхв и посмотрел на меня - Светлая твоя голова Князь, дай боги тебе ума и здоровья побольше!

- Благодарю! - прижал я руку к сердцу и поклонился - Только может и мне растолкуете, а то я что-то заблудился, мы одно и тоже имеем в виду?

- А ты что предложил? - тут-же подскочил дядька-атаман.

- Так роту ближников создать - немного сомневаясь ответил я - Имею же право?

- И всё? - уставились на меня пристально все.

- Ну да! - совсем растерялся я и тут хохотнул дядька-атаман, за ним прыснул волхв, а через пару секунд хохотали вообще все вокруг, кроме меня.

Я смотрел на ржущих людей и думал, как фигово, что я тут ничего не знаю и толком не понимаю? Пацанова память почти не помогает, да и не интересовался он никогда этими вопросами. Игры да рыбалка, вот и все его интересы, были.

Грустно...

Когда все отсмеялись, я поднялся и громко объявил:

- Значит так товарищи, я скажу чего хочу получить в итоге, а вы мне скажете возможно это или нет? Согласны?

- А не круто Князь? - внимательно посмотрел на меня Князь Бориспольский.

- А чего такого я теряю? - усмехнулся я - Или думаете я не понимаю, что это царь-ампиратор мой род пытается извести? Прекрасно понимаю! Мне пока непонятна роль Демидовых и Строгановых, но это уже мелочи, по сравнению с остальным. Уже завтра или послезавтра меня потребуют в столицу на аудиенцию к Императору, где меня признают слабоумным и не способным вести дела государственной важности.

Лишат приставки Царский, а может и вообще Княжеского достоинства и отправят обратно в имение, доживать свои дни в пьянстве и похоти. Только скорее всего, я умру где-нибудь по дороге домой от неведомого всем заболевания или отравлюсь в корчме, вчерашними пирогами с грибами. Как говориться, нет тела, нет дела и все концы в воду.