Первая академия. Том 1

Вот только радиус оказался невелик. Я мог осмотреть лишь комнату, коридор и небольшой кусочек улицы, то есть видел метра на три-четыре вокруг.

Лысый надзиратель выглядел размытым пятном и был такого же серого цвета, как и неодушевлённые предметы. Моё же эфирное тело издавало слабое свечение.

Я осмотрел руки. Печать огня пробивалась тонкими, едва заметными прожилками. Такие бывают разве что у новичков, которые и магией-то толком не занимались. Неужели это из-за блокирующего браслета? Сомнительно. Моё эфирное тело должно было источать яркое, слепящее свечение, а печати – расползаться широкими огненными «венами» каналов.

Как так получилось, что весь прогресс обнулился? Каким образом я опустился до начального уровня? В голову не приходило ни одного разумного объяснения.

Лишь одна мысль настойчиво крутилась в мозгу: моё сознание находится в чужом теле. Молодая кожа, слабое свечение, неразвитая печать. Выглядит логично, вот только как объяснить это чудесное перемещение? Неужели духи, которые требовали куда-то вернуться, поместили меня сюда? Но зачем? Да и кто я теперь, чёрт возьми, такой?

С этим вопросом снова пришлось обратиться к лысому, ведь других собеседников рядом не было:

– Кто я? Как мои имя и фамилия?

Надзиратель вопросительно посмотрел на меня и покачал головой:

– Да тебя, гляжу, Шпала хорошо башкой приложил.

– Да, – согласился я. – Качественно. Ничего не помню. Так как меня зовут?

– А мне почём знать?

– Тебе даже не сообщили, кого ты сторожишь?

– Дубровский ты. А как звать, вы, вашбродь, не соизволили представилиться.

Гы-гы, – лысый оскалился так, что мне стали видны бреши в неполном комплекте его жёлтых зубов.

– Ага, упущение вышло, – согласился. – Или у кого-то память, как у золотой рыбки.

Что я – Дубровский, мне и так было известно. Хоть что-то осталось по-старому. Но вот какой именно Дубровский… Настораживала устаревшая форма обращения «ваше благородие». Кажется, в двадцать первом веке она уже не использовалась.

– Чаво? – нахмурился лысый, силясь понять смысл моей фразы.

– Ничаво, это я так, рассуждаю сам с собой. А какое сейчас число?

– А ты забавный, – хмыкнул лысый. – Двадцать шестого августа нынче.

– А год какой?

– Тридцать третий, разумеется.

– Тысяча девятьсот тридцать третий? – уточнил я.

– Ну да. Тысяча девятьсот тридцать третий. Какой же ещё?

– Город?

– Что «город»?

– В каком городе я нахожусь?

– Конечно же, в Москве. Ещё вопросы будут, вашбродь? Или, может, заткнётесь уже, наконец?

– Благодарю, – произнёс я.