Петр Романов. Клирик

Это было странно. Практически никому не дозволяется прощаться с братьями перед уходом из стен монастыря, каким бы опасным новое задание не было. Но и задание было не самым обычным. Решив, что таким образом настоятель решил подсластить горькую пилюлю, он оставил поиски и без всяких задних мыслей открыл дверь.

Перед ним стояла его подопечная, глядя снизу-вверх огромными поразительно карими глазами. Её рука была поднята, словно она ещё раз хотела постучать.

— Что вы здесь делаете? — Артём поблагодарил Бога за то, что тот позволил ему успокоиться.

Вопрос прозвучал достаточно холодно, как и всегда, когда клирики обращались к другим людям.

***

Наташа поняла, что без помощи ни за что не найдёт дорогу назад к воротам, когда вышла в очередной тёмный коридор, через который совершенно точно не проходила. И почему тут так пусто? Словно все вымерли в этом безжизненном каменном склепе, не оставив после себя и следа.

Монастырь казался ей абсолютно нежилым, а все проходы, коридоры и тупики совершенно не отличались друг от друга.

Как вообще можно было здесь ориентироваться. Поняв, что ещё немного, и паника захлестнёт её с головой, Наташа огляделась.

— Вот прямо сейчас сяду на пол и буду реветь. — Прошептала девушка. — Может быть, кто-нибудь наткнётся на меня и поможет. Хотя, мне кажется, что мои кости быстрее крысы обглодают, чем кто-либо покажется здесь.

Она еще раз огляделась и пройдя несколько метров содрогнулась от эха, которое разнеслось далеко вперед от ее вроде бы тихих шагов.

Так дело не пойдет. Она никогда не страдала дезориентацией в пространстве, поэтому сам факт блужданий ее разозлил, и она уверенно направилась в сторону коридора, которым прошла сюда несколько минут назад.

По обе стороны коридора располагались тяжёлые деревянные двери. Девушка разумно предположила, что это кельи. Подумав, что если кто-то из монахов сейчас у себя, то он, может быть, сжалится над ней, и, если и не проводит, то хотя бы укажет дорогу.

Наташе и в голову не могло прийти, что клирики живут в таких же кельях, что и монахи. Почему-то ей казалось, что они находятся где-то в другом месте, не в самом монастыре.

Она постучала в первую попавшуюся дверь, внутренне готовясь начать разговор с пространных извинений. И так и замерла на месте с поднятой для повторного стука рукой. Потому что вид полуголого клирика — это зрелище было не для нежной девичей психики.