Петр Романов. Клирик

Позагораем, накупаемся. Девушки в купальниках, красота, — и дед мечтательно улыбнулся. Похоже, ни в одном из миров факт того, что Пётр Алексеевич очень любит море, не меняется ни при каких условиях.

В это время в столовую влетел Волков.

— Я что-то пропустил? — спросил он, падая за стол рядом со мной.

— Говорили о том, что как хорошо, что к нам присоединился Снегирёв, потому что толку от тебя, как от козла молока, — хмыкнул я.

— А если серьёзно? — насупился Петька, бросая на меня довольно обиженный взгляд.

— А если серьёзно, то глава клана тебя похвалил за то, что ты, в отличие от нас, умеешь отдыхать, — ответила ему Наталья, сидящая напротив оборотня.

— Это да, это я умею, — Петька расплылся в улыбке и повернулся к Петру Алексеевичу. — Моё почтение главе клана. Ой, куриные ножки, — и он принялся накладывать себе еды.

— Ну, развлекайтесь, дети, а я пойду утрясу все формальности, — он вышел из-за стола, не уточнив, какие именно формальности имеет в виду.

Я смотрел ему вслед. Он был почти такой же, каким я его помнил: высоченный, несгибаемый.

Но здесь, в этом мире на нем не было того груза, что в моём, да и сомнительными развлечениями Пётр Алексеевич пренебрегал. Я видел, как он двигался там на берегу, вместе с клириками закрывая прорыв. Тогда никто не сказал бы, сколько ему лет. Дай ему Бог ещё два раза по столько прожить, как минимум.

Дед вышел из столовой, а я повернулся к Петьке.

— Ты где был?

— Не поверишь, уснул, — он поморщился. — Отрубился, как подкошенный и буквально только что проснулся.

Да, я так понял, море не отменяется?

— Нет, не отменяется, — ответил я, вставая из-за стола.

— Класс, сейчас поем курочку и пойду купальные трусы найду. У меня ведь есть купальные трусы? — задал оборотень сам себе вопрос и задумался над его ответом.

***

— Идём купаться, что вы тут лежите? — на соседний шезлонг плюхнулся Петька, обдав меня мелкими брызгами. — Петруха! Ты отдыхать сюда приехал или просто познакомить своё бледное тело с таким явлением, как солнце? Отдых, это не только песок, пальмы и солёное море.

— Нравоучительно поднял он палец вверх, после чего тряхнул головой, стряхивая на нас капли холодной воды. — Ты хотя бы выпрямись, на девушек посмотри. И тебе, Тёма, не мешало бы глянуть. Смотри, видишь, вон там ходят странные для тебя создания: с грудью, попками, и ногами. Они ещё на вас старательно пялятся и усиленно глазки строят. Так вот, Тёма — это девушки. И из-за них с полсотни парней уже хотят набить вам с Петрухой лицо.