Восстание Магов. Прижатые к земле.

— Лео не знал, что ответить, а потому сначала лишь стоял в некоем смущении и замешательстве — Только не смей утверждать....

— А я и не буду! Ты сам всё увидишь, когда придет время — прервал его Вильгельм, говоря крайне загадочно и непонятно — Но, прости, сейчас я тебя туда пустить не могу.

— К чему это всё? Почему ты так решил?! — почти срываясь на крик, заявил Лео.

— Тихо, ты, тихо, — успокоил его Вильгельм — Хоть учитель сейчас и находится еще глубже, но всё равно может нас услышать.

— Еще глубже?

— Да, с тех пор я каждый день тут бродил, но лишь пару дней назад обнаружил, что есть еще один, ранее скрытый проход, ведущий дальше.

— Ранее скрытый? Хочешь сказать, что учитель сам....

— Да, думаю, он уже устал всё скрывать, — снова прервал его Вильгельм, а хотя скорее договорил за него — Он сам хочет, чтобы мы его раскрыли. Но сдаваться так просто он не собирается.

Лео лишь до боли в ладони сжал кулак, пока его пальцы впивались в кожу. Так он безнадежно пытался проверить реальность происходящего, отказываясь верить ни Вильгельму, ни уже самому себе.

Но, то было лишь глупое детское желание, а скорее прихоть. В его голове, к этому моменту, уже успела сформироваться полная картина, и, глядя в глаза Вильгельму, он видел, что тот смотрел на ситуацию в точности также.

— Значит, ты намерен сражаться? — из последних сил выдавил что-то из себя Лео.

— Я — да. Остается лишь один вопрос, Лео, — это было так странно: хоть улыбка и не сходила с его лица, но глаза Вильгельма были наполнены кровью.

Кровью его решимости, той, которую Лео никогда не видел, и не ожидал увидеть в нём ранее — Что будешь делать ты?

Он не мог ответить. Трус. Нет. Он не хотел отвечать. Клинки сами возникали вокруг него и тут же беспомощно падали наземь. Даже представить эту картину ему было больно. А надели он её движением и предвидь последующие события, то вовсе сейчас упал бы без сил. Хотя, не заметно для себя, он уже давно обрушился на колени, и сейчас лишь тупо прожигал своим пустым взглядом пустоту.

— Эта неделя для нас последняя, Лео, — голос друга вырвал его из этого неадекватного состояния и вновь мгновенно, жестоко и грубо вернул в реальный мир — Я не думаю, что Константин еще раз покажется наружу, а потому нам остается лишь....

— Но как ты можешь так спокойно об этом говорить?! — еле сдерживая слезы, вопрошал Лео, нелепо распластавшись по полу.