Восстание Магов. Прижатые к земле.

— Эх, ну, вот смотри: началось с того, что я подобрал пять бродячих ребят. Это был начало нашего класса. Я тогда еще, конечно, ничему «толковому» их не учил. Скорее лишь пытался объяснить им, как все мы можем помочь друг другу в сложившейся ситуации. Потом пришло еще трое. Зимой одна девочка захворала и... — тут учитель слегка приостановился и закашлял — И мы чудом смогли спасти её, отдав в руки надежной семьи! Вроде бы, туда ушли еще и эти два мальчика потом, но, стыдно признаться, я и сам перестарался в тот момент и слег с болезнью.

Как ты можешь понять, это было слегка непростое время.

-И вот этот смелый юноша, который в тот момент еще только-только наткнулся на нас, предложил всем ученикам по очереди выступать в дежурство, дабы мне помогать — указывая пальцем на уже знакомое Лео имя, произнес учитель, а затем почти неслышно добавил — Эх, бедный Эрик...

После этого учитель замолк уже надолго, просто он никак не мог собраться с силами и вновь заставить себя вспомнить тот ужас.

— Не заставляйте себя, я знаю, что произошло тогда — дикая боль сдавила всё в груди Лео, когда он снова услышал это имя.

Имя единственного героя этого приюта, жизнь которого, к великому сожалению, трагично оборвалась.

— Да, спасибо, Лео. Ну, тогда, наверное, и всё. Из тех, кого ты не знаешь, конечно: Криса с Неон ты еще должен был успеть увидеть и познакомиться, так?

— Не так близко, как хотелось бы. Но вы правы я же тут уже третий год.

— Нет, только два скоро стукнет — вдруг поправил его Константин — Помню тот день: было сыро после дождя, мы с Отто и Вильгельмом нашли тебя без сил в одной из развалин слегка за границами приюта.

И еще с того момента я хотел задать тебе один вопрос: неужели ты как-то узнал об этом месте и хотел добраться до нас?

Лео всегда с трудом довались разговоры о временах до жизни в приюте. И при этом он сам не знал, отчего так происходит. Да, люди тут уже давно стали ему новой семьей, но и забывать о тех, кто растил его до этого, ему не хотелось. Только вот по какой-то причине его хрупкая детская психика, видимо, решила начисто стереть эти воспоминания из его головы.

Однако сейчас он не хотел погружаться в болезненные и удушающие раздумья на фоне учителя. А потому после небольшой встряски (внешней и внутренней), решил снова рассказать о том, о чём еще помнил.

— Нет, ну вы точно мастер-детектив, учитель. На самом деле мы как-то услышали от одного молодого военного, что рядом есть такое место. Мой друг тогда отправился первым, но, видимо, не дошел.