Охотник

- Веришь – нет? Прямо под ногами. Я сам тому свидетель! Зуб даю!

- Так прям под ногами? – не поверил его товарищ.

- Я те говорю! Он камешек пнул, под ним золотой! Представляешь, золотой! А он так лениво мне и говорит: подбери, мол, а то в карманах звенит и вываливается. Представляешь, вываливается! На остатки с того золотого и пьем сегодня. Помянем бедолагу!

Кружки с глухим стуком сошлись, а их содержимое отправилось в бездонные желудки стражников.

- Так ты скажи в подробностях, как все вышло-то?

- Говорю же, мы с ним на воротах дежурили, пошлины взимали.

Явился там один, ни рылом, ни одеждой… прощелыга, в общем. Гронд не хотел его поначалу пропускать, а какой нам толк с очередного бедняка? Но тот вдруг усмехнулся по-особому, знаешь, лицо у него стало, как у обезьянки ученой, а потом и говорит: «Погляди-ка, старина Гронд, что у тебя за левым ухом». Тот хвать рукой за ухо, а там монета. Бродяга тот продолжает: мол, это плата за проход, а чтоб ты не сомневался, что это я заплатил, а не ты сам ее там позабыл, будешь ты, честный стражник, теперь каждый день монеты находить в самых неожиданных местах. И пока, значит, Гронд стоял, опешивши, он и прошмыгнул в город-то, только его и видели.

- А ты что?

- Да что я? - вздохнул стражник, в котором Себастьян узнал напарника того самого молодого стража, которому он сам несколько часов назад вручил плату за въезд - этот молодой стражник и был собеседником. – Сначала завидовал дико, а как схоронили Гронда, так каждый день свечу ставлю святой невинной деве-покровительнице Альдоне за то, что уберегла, не дала мне с этим типом словом перемолвиться.

А то лежал бы сейчас рядом с Грондом в соседней могилке, и черви уже пожирали бы мое бренное тело.

- Нет, погоди, ты уверен, что тот человек во всем виноват?

- Ну а кто ж еще то? – невесело усмехнулся стражник. – Не он лично, а дар его. Как я сейчас понимаю, за гордыню Гронда покарали. Если бы пропустил бедняка без платы, жил бы сейчас, не тужил. А Гронд возгордился, решил, что есть люди лучше, а есть хуже… второй сорт, понимаешь? Хотя, конечно, недели две и Гронд пожил, как богач! Комнату снял в самом Шале-Туа, а там знаешь, какие цены? Нам с тобой год работать, чтобы ночь переночевать! Жил, как сам король.

Каких девочек водил – закачаешься! Жрал, пил в три горла…

- А дальше? – глаза молодого стража разгорелись.

- Там его и нашли. А глотка у него монетами забита. Так, значит, и задохнулся напарник мой бывший.