Хроники черной луны

Откинув полог, обернулся

- Сделай все как нужно, жрец, и я твой должник на весь остаток жизни.

- Я постараюсь.

Девочка усердно толкла в каменной ступке горсть мелких камешков редония. Пригодилась прихваченная в доме хрониста сумка. Назвать помощницу девушкой язык не поворачивался - от силы лет пятнадцать - шестнадцать. Упарившись, она сняла верхнюю пылевую накидку, осталась в легких шароварах и полупрозрачной шелковой тунике. Не по-детски большая, красивая грудь будила неподобающие желания. Все портил намотанный на голову платок, из-под которого видны были лишь глаза.

Я прикрыл глаза, отключился. Когда проснулся – картина не изменилась. Девочка размеренно стучала каменным пестиком. Редоний непрочный камень, и его можно растереть в пыль. Но на это требуется время.

- Как тебя зовут? – от неожиданности она вздрогнула.

- Инга, господин.

- Ты, Инга, в ступку песка сыпани, и дело пойдет легче. Тут чистота не важна. Важно растереть помельче. А то до утра провозишься.

- Хорошо, господин.

Она осторожно всыпала горсточку песка и принялась растирать камень дальше.

Бусинки пота выступили на шее ниже платка. Недостаток сил с лихвой компенсировался усердием.

- Покажи, что получилось.

Инга послушно подала тяжелую ступку. Я взял щепотку мягкой пыли и подкинул. В воздухе повисло желтое облачко. Запахло кислым, чем-то смутно знакомым. Хотя вовсе не смутно - именно так пах туман за рекой в Гнилой долине. Я разогнал облачко взмахом руки.

- Достаточно. Принеси мне теплой воды, и скажи хозяину, пусть готовит племянника к ритуалу.

Девочка быстро вернулась с полным кожаным ведром. Оставив его у дверей, она обратилась ко мне, склонившись в глубоком поклоне:

- Хозяин просил узнать, что он должен сделать с трупом.

- Ничего особенного. Пусть разденет и положит на чистый кусок материи. И пусть выгонит всех своих слуг. Не хочу, чтобы на меня глазели.

- Я все передам.

Она скрылась за пологом, а я поднялся с постели и подтащил ведро на середину шатра. Весь толченый редоний я высыпал в воду и за отсутствием подходящего инструмента размешал рукой.

Кожу слегка защипало, но это было нестрашно. Подхватив ведро, я вышел из шатра на воздух. Солнце почти село. Лучи еще стелились вдоль песка, но уже не обжигали. Лагерь разбили прямо посреди пустыни. Мой шатер поставили немного в стороне, за низкой дюной. Наступающая темнота еще больше отгораживала меня от остального лагеря. Еще чуть дальше в пустыне на расстеленном шерстяном одеяле лежал труп.