Тёмные пути орбиты

– Я слишком грязная для постельных утех высшего начальства, симпатичный ты мой!

- Пока я всё ещё только предлагаю вам вернуться в отсек, - ледяным тоном сказал Эррамун. – Или вы ждёте от меня приказа?

- Ой, ми-иленький! – запела Ева, не обращая внимания на насторожившихся Криса и Илву, на Марику, которая со страхом смотрела на неё. – Что-то у тебя с головой не то, а? Не слышал, что ли, что я тебе сказала? – И уже жёстче сказала, абсолютно трезво понимая, что играет с огнём: - Не сметь меня отдалять от команды, ясно, Эррамун? Ты не знаешь меня – моих возможностей и того во мне, что может стать опасным для всех, кто находится здесь, на катере! Это знают только мои сослуживцы! Поэтому я и доверяю им и только им свою жизнь!

Эльф окинул испытующим взглядом всех, кто стал невольным свидетелем этой сценой.

Искоса наблюдавшая за ним и ребятами Ева заметила, как Крис, после того как на него был брошен пытливый взгляд, едва заметно пожал плечами, как бы говоря: «Да, и такое может быть!» Белоплащик, отлично скрывший свои чувства, бесстрастно сказал:

- Хорошо.

Вы остаётесь здесь. Я оповещу остальных членов команды.

Он торжественно-скорбно, на взгляд Евы, вышел из отсека. Минуты молчания. Илва опустила глаза, прикусив губу и чуть трясясь от сдерживаемого смеха. Крис взглянул на Еву и губами выразительно изобразил: «Блефуешь?»

Она высокомерно дёрнула плечом. И на планете, и на катере Эррамун видел в действии её способности, почти приблизившие её по статусу к ангелам-хранителям.

Поэтому ему легко было поверить, что она может прятать и какие-то ещё пока неизвестные ему и недостижимые (или непостижимые) для других способности. Главное, что он оставил её здесь, среди друзей.

Наконец все задвигались, и Ева, с помощью Криса, нашла-таки свободный топчан-койку. После того как они произвели все манипуляции с выдвижным койко-местом, все уселись так, чтобы очнувшийся Клеман и Марика, которая выглядела довольно бодро, слышали их.

Илва быстро обнесла тех, кто в сознании, питательным пайком, а Крис и Илва быстро, дополняя друг друга, ввели Клемана и Еву в курс происходящего.

Пока они говорили, Ева пригляделась к ним.

Илва, курносенькая и большеглазая, уже пришла в себя. Не полностью, конечно, а насколько это возможно в нынешних обстоятельствах. Она вычистилась и собрала свои густые тёмные волосы в короткую, но толстую косичку.