Южная пустошь

Моя брат согласился, что мое решение верное, лучше вступить в схватку с измененными тварями здесь, за стенами, чем в открытом поле.

Возможно Ирайя права, и крысы не станут нас преследовать, ведь им явно нужно то, что находится на территории деревни. Но было одно но... А что если нет? Что если мы ошиблись, и крысам нужна не территория? Что если они просто хотят уничтожить людей? И стая разделится, чтобы преследовать и наш обоз тоже. Тогда нам не пережить ночь на краю пустоши.

- Мам, - Фиодор улыбнулся.

Мы сидели в кабинете друг напротив друга. Я на кресле для посетителей, а мой брат примостился прямо на стол. - Я не согласен с тобой только в одном... Мое место на стене, мам. И не потому, - предупреждающе поднял он руку, останавливая готовую разразиться взволнованной тирадой, меня, - что я самый лучший воин из всех.... Ты ведь помнишь, что именно в этом мои способности, мам? А потому, что мои способности позволяют мне предвидеть атаки противника и направлять людей в нужное место. Если я буду видеть всю картину боя, то у крыс не будет ни единого шанса.

- Я беспокоюсь за тебя, - не стала врать я. - Будь моя воля, ты бы спрятался вместе с остальными. Ты король. И я должна защитить тебя. Но я понимаю, что тебя не остановить, поэтому и предлагаю такой компромисс...

Фиодор запрокинул голову и расхохотался. Как раньше. Сейчас он был так похож на прежнего Лушку, что сердце защемило. Наверное, мой сын что-то заметил. Он спрыгнул со стола и присел на корточки рядом с моим креслом.

Обхватил ладони крошечными ручками, которые теперь были раза в два больше моих, заглянул в глаза и со всей убежденностью произнес:

- Мам, со мной все будет хорошо. Клянусь. Я уже не маленький мальчик, которого надо защищать. Я уже взрослый мужчина. К тому же в моей крови наследство Древнего Бога Грилора, который был непревзойденным воином и талантливым полководцем. Поверь, бешеные крысы ничего мне не сделают. Позволь мне взять общее руководство на себя и защитить тебя и сестер?

Я кивнула и отвернулась, чтобы он не увидел, что моих глаза навернулись слезы.

Я часто-часто заморгала, чтобы высушить их. Но мне не удалось скрыть свое состояние от сына.

Он тихо рассмеялся. Ткнулся мне в колени головой и промычал:

- Ы-ы-ы!

- Лушка, - всхлипнула я, - я так боюсь за вас.

- Все будет хорошо, мам. - тряхнул он головой. - Поверь...

И помолчав немного добавил:

- Я только не понимаю, почему Анни ничего не видит.