Южная пустошь

Разница между девочками была всего в пару месяцев, но Рошка обожал младшую сестру, всячески подчеркивая, что она своя, а Виктория чужая.

- Он просто еще маленький и глупый, - сморщила нос Хурра. - Хочешь я снова подложу ему под лягушку под подушку? Или улиток?

Снова? Я насторожилась. Кажется, дети до сих пор продолжают что-то скрывать. Историю про лягушку я еще не слышала.

- Тише, - шикнула я на разговорившихся детей, - слушайте, что говорит ваш брат. А по поводу лягушки, Хурра, мы с тобой еще поговорим.

..

- Ну, ма-ам, - протянула обиженно Хурра, - он сам первый начал!

Но я только покачала головой, строго нахмурив брови. Не место и не время для выяснения кто прав, а кто виноват.

После инструктажа, амазонки и все мужчины, кроме Нюня отправились во двор, готовить наше поселение к нашествию крыс.

Нюнь, бывший нищий и двоюродный брат моей мамы, который стал членом моей семьи еще в самый первый и сложный год нашей жизни в Нижнем городе, не способен был убить даже муху, назойливо жужжащую над ухом.

От Древних Богов ему достался дар добряка и артефакт, который каждый день давал то, что нужно было Нюню для счастливой жизни — самую мелкую монетку.

Впрочем эта гринка тоже никогда не задерживалась в руках моего дядьки. Едва получив помощь, Нюнь спешил отдать денежку тому, кто нуждался в ней больше. К счастью, артефакт появился тогда, когда я перестала считать деньги в гринках. Как оказалось, деньги костяной «рог изобилия» изымал из моих запасов.

Я оглядела женщин и детей, оставленных под моим руководством.

Мы должны были подготовить дом, чтобы ни одна крыса не смогла пролезть внутрь.

- Анни, Хурра и Виктория, - начала я отдавать распоряжения, - на вас личные спальни на втором этаже. Нужно проверить, чтобы все ставни и окна были закрыты изнутри. Освободите шкафы от одежды. Нюнь позже передвинет их, чтобы закрыть оконные проемы. Крыс это не остановит, но даст нам время, чтобы уйти из комнаты и забаррикадировать двери.

- Хорошо, мам, - вразнобой ответили мои дочери.

- Хурра, присмотри за Анни, хорошо? - кивнула я средней. Анни до сих пор не справилась с растерянностью и страхом, но, зная Хурру, я была уверена, переживать о будущем ей осталось недолго. Мое рыжее солнышко не позволит ей грустить, и обязательно придумает, как развеселить сестру.

Я запнулась. Мысль была как будто бы не совсем моя. Я никогда не называла Хурру «моим рыжим солнышком», тем более никакой рыжины в волосах дочери не было.