Граф Булгаков. Том 1: Укротить Аномалию

Девушка остановилась, сверкая тусклыми равнодушными глазами.

Молчание продлилось недолго. Размахнувшись, он со всего размаху отвесил ей звонкую пощечину. Голова девушки мотнулась назад, под носом у нее блеснуло что-то красное. Но её глаза оставались всё такими же равнодушными и пустыми...

— Тупая дура, — процедил пижон. — Тебе что сказали?

Крайние фаланги моих пальцев едва заметно задрожали...

Глава 5. Дуэль

Аромат свежеиспеченного хлеба и детский смех наполняли воздух вокруг. Но мои боевые инстинкты взвинтились до предела.

Не люблю, когда обижают слабых.

Девушка что-то негромко ответила. Я не расслышал. Лицо пижона в гневе покраснело и он снова замахнулся. Девушка стояла на месте неподвижно. Она даже не делала попытки закрыться.

— Тебе сказали тренироваться, — ответил пижон, задержав удар. — Отрабатывать навыки при большом скоплении народа... А ты чем занята?

Девушка снова что-то негромко ответила. Пижон заскрежетал зубами и от души отвесил ей вторую пощечину. Девушка рухнула на пол, едва успев выставить руки перед собой.

Люди вокруг обходили парочку по дуге, отводили взгляды в стороны. Как будто ничего не происходило. Как будто всё было нормально.

Горничная стояла на коленях перед пижоном. Слезы текли по щекам девушки, тушь размазалась по ее красивому лицу. Но, что странно, её лицо по прежнему оставалось равнодушной маской.

— Дрянь, — процедил он и снова замахнулся. — Сколько раз тебе напоминать, ты принадлежишь мне с потрохами...

Девушка зажмурилась и попыталась закрыться руками от удара.

Ладонь в черной перчатке по дуге устремилась к лицу горничной, чтобы со всего размаха впечататься прямо в неё... И замерла, так и не достигнув цели.

Я остановил её, перехватив в полете предплечье пафосного аристо.

— Полегче, — сказал я ему. Мои пальцы крепко держали его руку, не давая пошевелиться. — Женщин бить не принято.

Да, я мог бы просто уйти, заняться своими делами и предоставить девочку самой себе. Но... я не могу просто так смотреть на бесчинства.

— Полегче? — переспросил тот.

На его лице отражалось неподдельное изумление. — Ты кто такой? Совсем сдурел, осел?

— Ты думаешь, что можешь просто так бить людей, потому что ты принадлежишь к благородному роду? — поинтересовался я. — Пан, а ведешь себя как гопник.

Пижон усмехнулся, его губы скривились от отвращения.

— Кто ты такой, чтобы указывать мне, благородному пану? — поинтересовался он. — В особенности — как мне обращаться со своим имуществом?

Он попытался выдернуть свою руку.