Турнир

— Эй, хозяева жизни, выползайте из своей берлоги! Тут ваш друг голову потерял от счастья. — ну а что ещё делать? Я же пришёл шуметь, значит придерживаемся плана пока можем.

Однако желающих выйти из города не оказалось. Немного подумав я решил не атаковать самостоятельно. Для Виктории, если её заметят, местные солдаты опасности не представляют и в случае столкновения с большим числом подобного пушечного мяса, я врядли испытаю трудности. Хотя во время испытания меня дважды чуть ли не завалили трупами.

И тем не менее устраивать кровавую баню в городе, который мне и моим близким по сути не сделал ничего плохого, как то нехорошо.

Они и хорошего мне ничего не сделали, но это тоже не повод для геноцида, поэтому махнув рукой на прощание, я демонстративно медленной походкой, прошел мимо разрушенных ворот.

Со стен меня провожали хмурые морды фаркасов, однако ни один из них не попытался атаковать. Думаю сегодня их картина мира перевернулась. Неслыханная наглость, чтобы человек бросил вызов хозяевам жизни.

И снова бег по пересеченной местности, к сожалению дороги здесь хуже чем в тайге. Однако до следующей цели я не добежал. Пришлось остановиться, потому что меня ждали. На пути стояли трое закутанные в какие-то балахоны, судя по фигуре это были не совсем люди ну или совсем не люди.

— Господа разбойники, кого-то ждёте?

— Похоже дождались. Взять его! — а они не любят пустых разговоров.

Судя по фразе лидера, я нужен им живым. Хотя возможно это лишь мои умозаключения. Но всё равно расслабляться не стоит.

Атаковали меня с двух сторон, в то время как третий стоял и смотрел.

Не без труда, но я ушёл от обеих атак, однако на контратаку времени не хватило, пришлось блокировать следующий удар. Когти разорвали наруч и попытались впиться в плоть. А вот здесь моих врагов ждал сюрприз.

Природное оружие, превратившее неплохую броню в лохмотья, оставило на моем запястье ли небольшие царапины, которые мгновенно исчезли. Увидев этот эффект, я атаковал уже более открыто. Через минуту к нам присоединился третий разбойник с большой дороги.

Рука атамана проносится в сантиметре от моего лица и я, не обращая внимания на атаки его компаньонов, бью вдогонку клинком. Главный отскакивает в сторону, но поздно, одной лапы у него уже нет.

Обратным движением удается разрубить одного из противников практически напополам. Теперь бой пойдет повеселее. Раненый шакал пытается атаковать, но надолго его не хватает, через минуту он ложится рядом со своим товарищем.