Второй Меч

Кимлис часто закивала и опустила глаза:

– Да, конечно… Спасибо, господин.

Рядом стоял невысокий и сухощавый парень, облачённый в бесхитростный чёрный костюм. Его одежда выделялась на фоне разряженных гостей, как холодная скалистая вершина среди усеянных цветами крохотных холмов: совсем не модная, она состояла из кожаных сапог, доходящих до середины голени, таких же штанов и толстой куртки с множеством кармашков. Это был Гемрик, один из Мечей. Не узнать его Кимлис не могла – члены личной гвардии короля были известны всем.

В особенности это относилось к тем, кто, подобно Гемрику и Эдану, вошли в первую десятку Мечей в столь юном возрасте: судя по молодому скуластому лицу, Гемрику ещё не исполнилось и тридцати.

Рассыпавшись в благодарностях, служанка быстро направилась дальше, обходя просторное помещение по кругу. В центре зала располагались буквально заваленные яствами длинные столы, выставленные в форме подковы и застеленные белыми скатертями, ниспадающими до самого пола.

Садиться за них никто не спешил: до тех пор, пока не явится король и не предложит гостям занять места, столь вопиющее нарушение этикета было недопустимо. Поэтому Кимлис сновала по залу, предлагая присутствующим представителям высокопоставленных сословий отведать вина в качестве аперитива. Надо сказать, не отказывался почти никто: не успела девушка пройти полный круг, как её поднос снова опустел.

«Сколько же они пьют! – мысленно ворчала Кимлис, продвигаясь по направлению к кухне.

– Я точно помню, что Сарден Гвиле взял пару бокалов и с этого, и с прошлого подноса. Интересно, господин маг не опасается опьянеть ещё до того, как придёт король?»

Судя по всему, Сарден не опасался. Возможно, рассчитывал, что его магия позволит ему выдержать отравление алкоголем. А может, ему, потерявшему королевскую благосклонность, а вместе с ней – и большую часть положенного его роду эликсира, было попросту всё равно.

«И всё-таки это недальновидно, – думала служанка, вновь заставляя поднос заполненными до краёв бокалами.

– Всем и так известно, что король Олтем не слишком-то жалует магов. Так зачем вызывать ещё большее недовольство?»

Сама Кимлис вызывать ничьё недовольство не рисковала, а потому внимательно осмотрела свою ливрею. Цвета королевского рода, белый и золотой, были настолько же красивы, насколько и непрактичны, и девушка придирчиво уставилась на красное пятнышко от вина, угодившего ей на рукав.