DISCIPLES. Тайна Серебряного Храма

Худые, поджарые, увёртливые и востроглазые, они несли за спинами массивные сложные механизмы, заряженные одновременно двумя дюжинами миниатюрных стальных болтов каждый, и ещё в притороченных с обоих боков к поясам сумках у них имелись по десять запасных, забитых болтами, обойм. Все двадцать четыре болта одной обоймы, при желании, можно было выпустить из скорострельного арбалета – в простонародье именующимся скорострелом – всего за двенадцать секунд. После каждого выстрела такого скорострела автоматический механизм внутри него производил перезарядку всего за полсекунды.

В реальном бою из скорострела можно было засыпать врага буквально ливнем болтов, каждый из которых, вопреки своему неказистому виду, имел пробивную силу в разы превышающую пробой обычной, выпущенной из ручного лука стрелы. И перезаряжался он просто и быстро – стоило надавить на секретную пружину в основании арбалета, как опустошённая обойма сама вылетала из своего гнезда, на её место вставлялась полная, фиксировалась всё той же секретной пружиной и всё, можно было наводить на цель и продолжать стрельбу. Полуседые бородачи Орт и Белун стрелками были, что называется, от бога. Со ста шагов могли запросто сбить болтом яблоко с головы шагающего гнома. С такими искусниками в отряде Кагнерику не приходилось ломать голову над тем как подольше растянуть взятые в дорогу припасы, стараниями стрелков на всём протяжении погони у гномов не было недостатка в свежей дичи.

К третьей условной группе, как несложно догадаться, относился последний шестой гном отряда.

Звали его Фулгаод Серый Зверь. Он был, пожалуй, самым необычным членом отряда. Даже внешне этот чудаковатый тип разительно отличающийся от остальных пятерых гномов, с Фулгаодом их роднила лишь неказистая кряжистая фигура. Уже одно лишь отсутствие на лице характерных для зрелого мужа бороды и усов, превращало этого уже не молодого гнома, на фоне остальных, в белую ворону. И это их различие ещё больше усугублялось вычурным одеянием Серого Зверя. Рядом с сияющими рогатыми шлёмами, пластинчатыми панцирями и латанными рукавицами воинов, совершенно нелепо и по варварски дико смотрелась его серая волчья шуба, сшитая из цельной шкуры одного матёрого волка, с сохранившейся огромной волчьей головой, болтающейся за его спиной, в такт шагам, как эдакий зловещего вида капюшон. Вместо оружия у этого странного типа имелся лишь посох, в виде обычной плохо ошкуренной суковатой палки, на который он опирался во время ходьбы.