DISCIPLES. Тайна Серебряного Храма

Придётся пробиваться с боем. Потому я и остановился здесь. Там у берега, наверняка, нас поджидает засада. Не хотелось бы слепо на неё напороться.

– Да, в эдакой пылищи биться нам не с руки, – согласился Кагнерик, поудобней перехватывая топор. – Эй, гномы, наш Фулгаод почуял впереди затаившихся врагов, – обернулся он к сгрудившимся за его спиной воинам, – готовьтесь к бою.

Сзади послышался шорох извлекаемых их чехлов топоров и гудение взводимых скорострелов.

Ждать пока пылевое облако окончательно уляжется пришлось ещё с добрую минуту, по истечению которой толстый слой осевшей трухи превратил некогда безупречно прозрачный сверкающий на солнце речной лёд в нелепый серо-коричневый настил.

Труха так же обильно запорошила оба речных берега, превратив растущие на них траву и кусты в свалявшуюся шкуру и растопыренные щупальца какого-то огромного невиданного зверя.

– Ну и где же твои мерфолки? – не таясь, в полный голос спросил чародея осмелевший и повеселевший при солнечном свете Кагнерик.

– Как видишь, путь к обоим берегам совершенно свободен.

– Пока свободен, – поправил чародей.

– Достал ты меня своими «пока», – огрызнулся Быстрый Топор. – Сейчас я тебе докажу, что там никого нет. Ну-ка, все, живо за мной.

Кагнерик привычным манером осторожно двинулся в сторону берега, но убедившись через пару опасливых шажков, что из-за трухи лёд утратил былую скользкость, начал постепенно наращивать скорость.

– Осторожнее! – крикнул ему вдогонку чародей.

– Я чую его приближение! Он быстрее! Сейчас атакует!

На что уже почти добежавший до берега предводитель отряда собрался было ответить презрительным смехом, как вдруг серо-коричневый лёд у него под ногами в одно мгновенье раскололся, вспучился и разлетелся мириадами мелких осколков. Смех замер у него на губах, когда выпроставшаяся из разверзнувшейся под ним проруби огромная зелёно-коричневая щупальца цапнула его уже опускающегося на спасительный берег, обвила вокруг туловища и сдавила так, что кости затрещали.

К счастью хвалёная гномья броня не подвела, состоящий из чешуйчатых стальных пластинок панцирь хоть и промялся под чудовищной силой щупальца, но не позволил стиснуть тело гнома в лепёшку и не дал походящим на голодные рты зубастым присоскам добраться до лакомого тела.

А за спиной беспомощно забарахтавшегося в воздухе Кагненирика аналогичная страшная участь постигла и остальных его четверых воинов.