DISCIPLES. Тайна Серебряного Храма

– Моя интуиция никогда меня не подводила. И сейчас она утверждает, что выполняя ваше поручение, Лезль попал в беду. Нужно немедля отправляться ему на помощь. Я готова, но не знаю куда. Скажите же мне, куда он направлялся? Молю!

– Знаешь, Ризидиэль, интуиция это такая ненадёжная химера, доверять которой всецело всё же не стоит, – покачал головой оракул. – Уверяю тебя, с Лезлем всё в порядке, потому как всего час назад наблюдал в магическом кристалле его свободный полёт на Грылафе.

Посему все твои страхи абсолютно беспочвенны. Лезль движется, согласно нашему плану, к намеченной цели, и очень скоро, покончив с делами, вернётся домой. Так что, милая, запасись терпением, и жди. А о нашем с ним общем секрете я тебе рассказать не смогу, уж извини.

– Ну коли так, вы меня успокоили, – кивнула эльфийка, поднимаясь со стула. – Извините, что оторвала вас от дел.

– Да что ты, – замахал руками старик и, хитро подмигнув, добавил: – Мы ж без пяти минут родственники.

Приходи в любое время.

Вновь зардевшаяся эльфийка поклонилась и опрометью бросилась вон из кабинета.

* * *

Проводив Лезля, Ризидиэль с гордым, независимым видом поднялась по винтовой лестнице вокруг ствола родного древо-дома в свою комнату и только там, оставшись за надёжно запертой дверью наедине сама с собой, дала наконец волю долго сдерживаемому чувству. Вволю нарыдавшись и накатавшись по полу, она освежила лицо чистой родниковой водой из стоящего на треноге в углу серебряного ведёрка и стала переодеваться, намериваясь навестить подружку.

И тут её накрыло!

Сердце девушки словно незримыми чудовищными тисками сдавила ужасная невыносимая тоска – верная примета грядущей беды. Оправившись от первоначального шока, эльфийка, как умела, заставила себя отвлечься от мрачных мыслей.

В этом ей здорово помогли трогательные весточки от любимого – наскоро начертанные на клочках бумаги, недосказанные при чопорном расставании ласковые слова в её адрес с неизменным «Я люблю тебя, Ризка!» в конце, приходящие едва ли не каждый час с пойманными ловким эльфом в полёте и зачарованными им птичками.

Записки от любимого приходили весь день до позднего вечера. А когда вдруг прекратились, Ризидиэль не забила сразу же тревогу, потому что за окном уже во всю царила ночь. И девушка справедливо рассудила, что её любимый опустился на какую-нибудь полянку и лёг спать.