Перевёртыш

Учителя от него тоже стонали, и можно было предположить, что, несмотря на поддержку влиятельной диаспоры, в одиннадцатый класс Джура не попадет.

Возможно, что и так, но до каникул еще месяц, а я уже успел вляпаться в большое и скользкое… Печалька, как говорит моя младшая сестренка Лелька.

На кой мне понадобилось встревать в их дела с Хрюшей, сам не пойму. Ну, позволяет чувак над собой издеваться – его проблема. Я-то причем?

Тут надо сказать, что до текущего момента, Джура меня почти не доставал. По крайней мере, физически.

Гадость какую-нибудь процедить через губу – это, конечно, было. Это он всегда, пожалуйста. Но, я предпочитал не слышать, а он не форсировал.

Потому что я занимаюсь боксом.

Ах да! Забыл представиться. Звать меня Данила – это в честь деда. Но так длинно, кроме мамы, никто меня не называет. Друзья обычно – Дан. А в школе, в основном, Полозом, от фамилии – Полозов. Лет мне шестнадцать с гаком. Заканчиваю, как вы уже поняли, десятый класс обычной средней общеобразовательной школы номер три.

Ростом, к сожалению, я не вышел, как и богатырской статью. На уроках физкультуры всегда стоял почти в самом конце шеренги. От того-то, пять лет назад и пошел в секцию бокса при бывшем Доме пионеров, а ныне Дворце молодежи имени Г. К. Ляпунова (кто этот достойный мужчина, одному богу известно). Смешно, конечно, называть Дворцом, обшарпанное трехэтажное здание, больше похожее на общагу, но спортивные секции и кружки при нем имелись.

Тренер, окинув скептическим взглядом стоящее перед ним малорослое тщедушное существо, каким в ту пору я был, милостиво кивнул маме, пусть, мол, занимается.

Вообще-то мама хотела отдать меня в гимнастику (ведь в боксе по голове бьют), но я был непреклонен – только бокс! А голову подставлять я и не собирался. От природы я обладал верткостью и пластичностью, а когда, с годами, подрос и подкачался, стал еще и больно бить. Пошли победы на всяких городских и областных. В нашей боксерской тусовке меня в шутку стали называть мини Пакьяо. Знаменитый филиппинец тоже начинал с наилегчайшего веса. Тренер стал возлагать на меня надежды…

Повозлагал, повозлагал, да и бросил. Посвящать свою жизнь боксу я не собирался. Достиг первого юношеского и решил – хватит. Спорт стал забирать слишком много времени, отрывая его от учебы. А я, между прочим, после школы собирался поступать в университет, непременно в Московский, ну, или хотя бы в Новосибирский.