Перевёртыш

Какое это, оказывается, блаженство – просто существовать без боли. Несколько секунд я наслаждался бездумным покоем, а потом обнаружил, что вновь обрел способность двигаться, и еще мало чего соображая, первым делом проверил – не обделался ли ненароком. Затем только обнаружил рядом с собой Беллу.

Девушка сочувствующе улыбалась, глядя на движение моей руки ощупывающей штаны в области промежности.

От этого мне захотелось ее убить. Подлая тварь! Мерзавка! Садистка! Гадина! Некоторое время смотрел на нее, представляя, как наматываю на кулак эти золотистые локоны и красивым лицом об стенку, об стенку… чтобы в кровь! А затем берусь обеими руками за грациозную точеную шейку, и сворачиваю с ломким хрустом французской булки… нет, это слишком быстро и не больно, лучше долго и со вкусом душить… наблюдая, как выкатываются из орбит прекрасные лазоревые очи.

Но, прежде чем портить такое восхитительное тело, сначала неплохо бы изнасиловать с особой жестокостью…

Представив себе это, испугался, так реально все выглядело.

Откуда в моей бедной голове такие кровожадные мысли? Неужели вновь проявилась она, моя вторая сущность – монстр-убийца?

Белла видимо, тоже что-то почувствовала. Она отодвинулась от меня подальше и погрозила пальчиком.

– Но, но! Держи себя в руках, мой песик, а не то превращу в жабу, мерзкую и скользкую.

– Не превратишь, – дерзко заявил я.

– Почему? – заинтересовалась Белла. – Думаешь, не смогу?

– Сможешь, но не станешь… я тебе нужен.

– Нужен, – легко согласилась она.

– Но дерзить все равно не стоит. Мы, девушки-волшебницы, существа импульсивные. Бывает, превратишь добра молодца в лягушку, скормишь какой-нибудь цапле, а потом жалеешь, плачешь…

И, кстати, дружище Дан, настоятельно тебе советую: привыкай к боли! Боль — это рабочий инструмент мага-перевёртыша, коим ты вскоре станешь. С помощью этого инструмента он контролирует изменения в своем биологическом теле.

– Ишь ты… – восхитился я, – может она мне еще, и нравиться должна? Удовольствие доставлять?

– Просто будь к ней равнодушен, – вид у Беллы был предельно серьезным.

– Терпи. Ее можно отключить, но тогда тонкой настройки не получится. Все что мы можем себе позволить – контролировать боль до степени терпимости, – тут она позволила себе улыбнуться. – Если боль способна терпеть я, слабая женщина, то такому брутальному мужчине как ты, это и вовсе должно быть нипочем.

Согласен, это была грубая лесть, но я не мог ей противостоять и расплылся в улыбке.