Целостный Тихий Океан

Капли эти появляются из пустоты, как бы ниоткуда, несут с собой невероятный холод, что выстуживает долину так, что невозможно вонзить в почву ни меч, ни копьё, и плоть не преграда для их полёта…

***

Проспер Лумба зажмурился от света, который резанул по глазам, когда с его головы стянули плотный, черный мешок. Сколько он протрясся в крытом брезентом кузове грузовика, Проспер, потерявший счёт времени, не представлял. Это могло быть и час и все три. Скорее второе.

Ему очень хотелось помочиться.

Он даже пытался спросить сопровождавших его, можно ли как-нибудь справить нужду, но получил лишь тычок кулаком в бок. Пришлось терпеть.

Теперь, когда он спрыгнул с кузова и ему никто ничего не воспрещал, Проспер выбежал на обочину и принялся опорожнять многострадальный мочевой пузырь.

О-о-о-очень хорошо! Это гораздо, раз в десять, лучше, даже, чем драть ротную давалку за патроны или консервы. Если жив ещё в свои четырнадцать – лови кайф даже от такой мелочи, как увлажнение природы собственной уриной.

Это Африка, чувак!

Его одиннадцати лет отроду взяли из деревни боевики Крокодила Нганзы. Они дали ему в руки старый «Калашников» и сказали стрелять в людей, которые стояли перед ним на коленях. Так и сказали «стрелять», иначе порубят их всех мачете у него на глазах, а ему выпустят кишки, и так, чтобы он умирал долго и мучительно.

Среди тех людей были его мама, отец и дядя, который мастерил для него свистульки. Они кивали ему: «Стреляй, мол, дай лёгкой смерти.

Эти звери всё равно в живых никого не оставят…»

Видно, деревня им поперёк встала из-за этого колтана. Говорил же старик, который давным-давно в Лубумбаши чуть ли не в университете учился, что эти чёрные камешки, которыми играются дети, предвещают зло, и надо сниматься и уходить отсюда.

Не поверили. Даже когда старик ушёл, бросив всё, не поверили. Как же поверить? Из-за каких-то камешков бросать такие плодородные земли и богатые рыбой воды… Вот и расплата за неверие!

Убивать оказалось легко.

Только давить на спусковой крючок и держать «Калашников» покрепче, чтобы не вырвался из рук, да отдачу потерпеть малость. Остальное автомат сделал сам. Заодно оглушил, ослепил и в ноздри кислым запахом шибанул. За десять секунд, что опустошался магазин, умерли все, включая маму, отца и дядю.

Потом похожий на шимпанзе боевик некоторое время ходил между посеченных пулями тел, искал, кого добить, но не нашёл.