Точка Бифуркации I

И теперь, вместо двух камней, изображающих границы ворот, в которые надо попасть, у нас есть самые настоящие футбольные врата, пусть и немного поменьше оригинальных.

Такое событие не могло пройти мимо глаз старших ребят с соседней улицы, и они уже три вечера подряд приходили сюда и выгоняли нас с нашей полянки. Вот и сейчас из-за поворота вышла пятёрка знакомых забияк и, завидев меня с Максимом, прямиком направилась в нашу сторону.

– Свалили отсюда, – лениво бросил один из них на подходе к нам.

Яркое воспоминание о том, чем закончилась попытка им противостоять или чуть позже договориться, подсказало, что лучше уходить.

Я спокойно взял мяч в руки и кивнул головой Максиму, после чего мы направились в сторону дома. Точнее, попытались. На этот раз просто выгнать малышей с площадки им оказалось мало, поэтому в спину прозвучало громогласное:

– Стоять!

Повернув голову в сторону ребят, занявших наше поле, я отметил самодовольный взгляд их вожака, что сейчас оскалился, предвкушая очередную забаву.

– Мяч оставьте, – вальяжно бросил один из шайки.

– Что? – опешил Максим. – Нет!

Даже в голове шестилетних пацанов было такое понятие как мужская гордость, пускай ещё только формирующаяся. И если с позорным уходом со своей площадки мы постепенно смирились, то сдавать своё с большим трудом выпрошенное имущество никто не хотел. Ни непосредственный владелец в лице Максима, которому этот мяч подарили на день рождения, ни я, деливший с другом все игрушки пополам.

– Ты тупой? Или прошлого раза было мало?

Прошлого раза было очень даже много. Тумаков надавали столько, что бока болели неделю.

– Мяч не дадим! – вторил я своему другу.

Секунду назад улыбающиеся хулиганы быстро поменялись в лицах, и сейчас их взгляды не предвещали ничего хорошего. Быстро окружив нас со всех сторон, ребята без лишних разговоров атаковали, не только выбив из рук мяч, но и повалив нас на землю.

Обида, отчаяние и жажда справедливости... смесь этих эмоций раздирала мою неокрепшую психику на части. Особенно ужасно было видеть перепачканное кровью лицо друга, лежавшего на земле передо мной, и опускающуюся на него ногу одного из хулиганов. Маленькие зверята били совсем неумело, но очень сильно старались сделать нам как можно больнее, не забывая приправлять всё это оскорблениями и поучениями.

– Ещё. Раз. Что-то. Мне.