Четыре Ветра. Том 2. Иллюзии

— Постараюсь даже не заговаривать с ним, — бросил страшный взгляд на адепта оборотень, намекая, что большего она не дождётся и может прекратить требовать.

— Ладно. Пойдёт, — сдалась Фиама, в душе празднуя хотя бы небольшую победу.

Джек недовольно фыркнул, и дочь ашуры решила хоть немного смягчить напряжение.

— Я знаю, что ты сильный и очень умелый, но Падший ангел, — Фиама закусила губу. — Это действительно страшно. Чудо, что мы тогда удрали.

— Ты тоже будь осторожней, — промычал себе под нос Джек, а потом не без издёвки добавил: — ты же такая дура-неумеха, на ровной дороге ботинки рвёшь и соплями извергаешься.

— Ах ты, морда пёсья! Драная ты собачатина, — отозвалась полукровка и принялась пинать собеседника в его сапоги и долбать кулаком в плечо.

Весёлая перепалка перешла в неравный поединок, который Фиама изо всех сил пыталась выиграть без помощи магии, но, оставаясь слабой маленькой полукровкой, провалила все попытки. Джек и не думал поддаваться — уклонялся, хватал адепта за руки, выкручивал тонкие запястья, ставил подножки.

Фиама в его руках напоминала куклу, безвольную и податливую, почти безропотно, терпящую все мучения и прихоти кукловода.

Дочь ашуры засмеялась, когда оборотень ущипнул её за бок, и силы совсем оставили её. Со смеющейся полукровкой можно делать что угодно. Её роняли, выкручивали, скручивали, щекотали ещё сильнее, изображали дикий танец не цивилизованных племён, подбрасывали в воздух и ловили и, наконец, швырнули на лавку.

Успокоилась Фиама только на подходе к гостевому дому адептов.

Иногда всё же прорывались смешки, и полукровка пихала оборотня, на что тот вновь принимался выкручивать её тощие ручонки.

* * *

Сиэль смотрел на стонавшего в агонии бреда Джадана, лежавшего на койке. Лекари сняли с него мантию и обработали ожоги. Запах разносился просто отвратный, но олори не мог взять и уйти. Селена нежно сжимала руку товарища, а Сиэля больше беспокоил Маркус. После их внезапных экспериментов в дымной бане и затем в постели, следопыт не смог выкинуть из головы нежные руки блондина и его лицо, его губы и язык, ласкающие член.

Сиэль покачал головой, отгоняя непрошенные мысли.

— Я ставил на Джадана, — признался он.

— Простите, что мы оказались не так сильны, как вы рассчитывали, — выплюнул Маркус. В последнее время он вёл себя странно.

— Что? — опешил сын Декана и повернулся к блондину. Селена вскинула тонкие брови и тоже перевела взгляд на адепта защиты.