Свалка небожителей.

Отто не нашёл, что можно сказать на это представление. Отхлебнув из пиалы, он разломил дырявую булку, окунул надломанным концом в мёд и принялся мрачно жевать. Диабло вновь усмехнулся и, подлив собеседнику чая, с не меньшим аппетитом начал изничтожать блюда со стола.

Сражение на грунте обещало быть очень долгим.

***

Первые два виртуальных дня пролетели быстро и достаточно спокойно. Основные войска медленно, но верно возводили укрепления, а многочисленные разведчики открывали для своей богини всё новые территории.

Мелиса не могла нарадоваться своим новым солдатикам. Умные, осторожные, умелые, приспособленные к любым обстоятельствам. Тишина могла сосредоточиться на одном лишь макро-контроле, отпустив все мелкие дела на самотёк.

«Однако, у остальных ситуация должна быть не хуже», – решила девушка, наблюдая за медленно расползающимися разведчиками. Основываясь на этих размышлениях, она выдернула из общего отряда случайного десятника с его отрядом и отправила укрыться где-нибудь подальше. Конечно, десять солдат не смогут побороть армию, но если вдруг основной отряд будет уничтожен, а противники перемелют друг друга в пыль, то эта горстка сыграет очень важную роль.

А ещё Мэл здраво оценивала риски и подозревала, что четыре её врага решат на денёк объединиться и просто сметут её, как «лишнюю». Сама бы она на их месте так и сделала.

***

Грог-Мог был достаточно умным богом. Ну, он сам так считал. Всё же в отличии от своих братьев берсерков он не сразу убивал обидчика, а просто выбивал ему зубы и ломал хребет.

Ведь от мёртвых нет никакого прока! А если враг всё ещё жив, то его можно стукнуть, допросить… ещё раз стукнуть! Ну а если он больше не нужен, то да, лучше всё же стукнуть так, чтобы точно пристукнуть.

На минут десять бог-берсеркер выпал из реальности, в который раз задумавшись над этой дилеммой. А когда снова обратил внимание на своих воинов, они уже успели затеять три драки в разных концах лагеря.

Грог-Мог решительным жестом пресёк членовредительство сородичам и отправил всех пострадавших к единственному на лагерь доку.

Раны украшают воина, но если эти раны мешают воину сражаться, то от них надо избавиться, ведь это плохие раны, которые мешают получить раны хорошие! Все берсеркеры это понимали, но почему-то всё равно боялись дока. Хотя это было странно, ведь у того даже была качественная анестезия – вон какая большая дубина, один стук по голове и воин падает в отруб и видит прекрасные сны, пока док штопает его.