Мы не ангелы, парень

Ураган, медленно захватывая краюшкой хлеба кашу, спросил:

– Янош, ты не мог бы рассказать: что тут случилось?

Тот закачал головой, тут же жалея об этом и шипя от боли:

– Я не помню ничего. Совсем ничего...

Ураган кивнул:

– Не переживай так, что-то да ты помнишь. Имя, то, что монах – это уже неплохо. И ешь, помнишь же, как есть?

Монашек улыбнулся и принялся черпать горячую кашу коркой хлеба. Быстро глотая и поперхиваясь, начал осторожно:

– ...То есть, детство помню, вот родителей не помню, но не потому, что сейчас забыл, я и раньше их не помнил.

Кровянка когда прошлась по деревням, и многих забрала. А вот меня не забрала... Я помню и монастырь, я смальства в нем воспитывался. Помню, что пуще дегтя на зубах вязли эти выползни, а храм ничего поделать не мог... Помню, на святого Богумила службу стоял, все молился, чтоб пропали черви эти окаянные, но, видать, не слышны мои молитвы Тайлесу... А вот после Богумила и не помню ничего. Но эти черви, так же нельзя.... Надо бороться как-то, надо не только молиться. ..

– Ты и сбежал из монастыря? – предположил Ураган – встречал он и таких мальчишек. Волк из таких был – целеустремленный и несломленный.

Янош молчал.

Ураган отставил в сторону миску, быстро прикончив кашу:

– Ведь так, да? Святой Богумил седьмицу назад был.

Янош хлюпнул носом:

– Не помню. Помню только... Нельзя было бежать, нельзя бороться. Настоятель говорил: кара Тайлеса, ничего не поделать...

– А нас почему не позвали? – мягко спросил Ураган, пока Янош утирал слезы и, уставившись в тарелку, черпал остатки каши.

– Вас, добрый человек? – Янош опешил, приподнимая красные, обожжённые брови вверх и снова жалея, что двигается.

– Я боевой маг Ураган, предводитель Цитадели. При мне мои боевые маги, мы судьбой предназначены воевать с змеевиками и прочими тварями.

– Так вы ж... – ахнул монашек, миска выпала из его рук и покатилась прочь, хорошо еще, что кашу Янош почти съел. – Вы же нелюди... Вы же кровь пьете, злато выманиваете и по миру пускаете.

.. Вы же эти, безумцы… Вам убить, что… Ой, – он прикусил костяшки пальцев, – простите...

Он поднял миску с земли, и непонятно к чему относилось его “простите”. Ураган отмахнулся:

– Ничего, уже привыкли к глупостям. Не вы первые, не вы последние. Так все же...?

Янош вздохнул и начал сумбурно, издалека:

– Не знаю, как выползни полезли, откуда взялись и зачем появились, только и говорят про кару небес. Настоятель Франтишек говорил...