Мы не ангелы, парень

Еж уточнил у мальчишки (впрочем, тот обиженным не выглядел. Напряженным, немного надломленным, самую малость...):

– Тебя тоже на смерть отправила?

Тот обиделся:

– Я сам вызвался. Отец был против. – Про мачеху уточнять не стал. Только добавил: – Не будут вам рады в Черно-горе. Даже если очистите все земли от тварей, не будут рады... Лесана о боевых магах такое рассказывает – жить не хочется от её рассказов. Впрочем, храм тоже не отстает.

***

Ирбис, почти успокоившийся, вернулся с обхода. Разбудил спящего Волка.

Тот сел, быстро, как животное, просыпаясь. Это люди долго продрать глаза не могут, оборотни просыпались легко.

– Ир, все в порядке? – Волк потянулся, разминая тело.

– В порядке, ни следов пескожилов, ни змеевиков не обнаружил. Твоя очередь идти караулить, – отозвался кот. Потом пытливо посмотрел на Волка и все же спросил: – а ты зачем наврал про королевскую двойню? Я же помню, ты рассказывал про семью, один ты родился.

Волк стал, поправляя одежду, и пожал плечами:

– А тебе что, жалко, что только тебе в спину плюют?

Ирбис скривился:

– Плевать!

Волк рассмеялся:

– Прям фестиваль плевков!

– Я серьезно, – сказал кот, – а ты.

..

Тот пожал плечами:

– Не люблю, когда одного третируют. Потому и сказал. В двоих плевать интересней. Кстати, они теперь рогатку в спину делают, типа, от сглаза. Так что не удивляйся активной игры в “Козу” среди деревенских.

***

Днем привалило работы – надо было нести охрану, заготавливать новые копья, собирать валежник для костра, готовить, убирать за тяжелоранеными, стирать, кормить лошадей, чинить телеги, расчищать дорогу.

.. Еж, как только проснулись, начал было распределять работу, но деревенские набычились и подчиняться отказались. Особо смелая, та, что плюнула в Ирбиса, заявила, что котелок их, еда их, готовят они только для себя и... Вы там, а мы тут, и ничего не знаю. Еж побелел от ярости, хотя под маской этого видно не было.

– Хххххорошо... – Глаза его сузили, но... Не воевать же с бабами? Мужики предусмотрительно прятались за их спинами и спинами ничего не понимающих детей.

Вихрь подошел ближе, заготавливая на ходу речь – действительно, не убивать же их? Но голос опять подал княжич, он даже присел на своей лежанке, хватаясь руками за выступы скалы:

– Так, всем молчать! – прошипел резко, но требовательно.

– Бабы, ты и ты, – его указательный палец ткнул в первых попавшихся, – валежник собирать, костер поддерживать да еду готовить.