Мы не ангелы, парень

В последний момент лианы неожиданно покрылись шипами, набрали цвет и буквально взорвались огромными плотоядными цветами. Ураган повернулся к бледному Полю:

– Ну и на шиира?

– Зато красиво! – Поль дернул плечом.

– Так воротами теперь пользоваться, ты подумал?

– Пффф, в городе еще восточные ворота есть. А раздергай шипастый сам завянет. В морозы. Лютые. Если повезет.

– Обалдуй, – резюмировал Ураган, поворачиваясь к людям и застывшему княжичу – сбежать без прощания те посчитали недостойным.

***

Деревенские попытались оттеснить от телеги с детьми Ирбиса, но это получалось плохо – тот голову наклонил, потерял свою обычную улыбку, кажется, он даже утробно рычал.

– Ирбис?! – окликнул его Ураган, подходя ближе, – что творишь?

Кот зло обернулся:

– Они детей забирают.

Ураган прищурился, рассматривая вмиг пожухших женщин, перевел взгляд на оборотня. Янош, привлеченный происходящим, приблизился, тоже встал у телеги.

Бойкая Ковак подалась вперед:

– Это наши дети! И наши телеги. Мы их забираем по праву.

– Нет такого права! – уперся Ирбис, – дети потеряли родителей, значит, их ждет приют при храме.

А никак не подворотни и клянченье милостыни у прохожих. И воспитание еретиков....

Янош кивнул:

– Храм принимает детей, потерявших родителей. Там хороший приют. – Про еретиков он не понял ни слова и потому морщился, ожидая подсказок. Подсказывать ему никто не спешил.

Деревенские зароптали:

– Это – наши дети! Забирать их вы не имеете права!

– И телеги наши, наше добро! – влезла вновь Ковак.

Ураган, недолго думая, сказал:

– Значит, телеги ваши.

.. Что ж, сгружайте раненых прямо в грязь, скидывайте, забирая ваши телеги.

– Но это же не по-людски, – ахнул Янош, принимавший все за чистую монету.

Ураган тем временем продолжил:

– Посмотрим, что они вам потом скажут, как выздоровеют. И что князь за такое отмерит вам – его же дружина.

Деревенские перестали ропать, даже Ковак за локоть одернули, чтобы не дралась за телеги.

– Полегчало? Или уже забыли, ради кого эти люди пришли, ради кого кровь проливали? Про своих молчу, мы нелюди, нам не привыкать.

Но их-то за что? Только гнева князя и боитесь...

Возмущение смолкло, но надолго ли?

– А дети... – продолжил Ураган. – Дети не ваши. Трое, кажется, ваши. Остальные – нет. Хотя я и ваших не выдал бы вам... Дети будут помещены в приют, где позаботятся о них лучше. Когда найдете жилье, найдете работу, докажете монахам, что можете содержать не только своих детей, но и чужих, приходите в храм, забирайте детей.