Мы не ангелы, парень

– Имей совесть, дай отдохнуть! Дом-то уцелел!

Ирбис не успел в общем, обрушившимся на Урагана гвалте, сообщить, что гостевой дом занят приютскими детьми, и магам все равно негде отдыхать. Полоснул болью иней.

– Недовольство? Я сказал – уходим! – Ураган вскипел, пламя полыхнуло во все стороны – он заметил смертельные заклинания так близко от обычных людей. Такое каралось. И каралось сильно. – Кто-то не понял, твари?

Он вышел за сломанные ворота на дорогу:

– Мне сузить пять лиг до пяти локтей?

Маги роптали, маги шипели и плевались, но быстро разбирали свои вещи и оружие.

В угрозу Урагана они верили безоговорочно.

А Ураган судорожно подсчитывал про себя – сколько у них еще есть времени до открытия магического портала из Тирры? Деспериты спутали все карты, переводя дело из местного в подчиняющееся Совету магии. И скоро, совсем скоро тут будет не продохнуть от инквизиторов и магов Совета.

...Час, два, три?... Сколько у них еще есть времени, чтобы успеть убраться как можно дальше?

***

Главные ворота города пали – магия выжгла раздергай шипастый.

В город, стройными рядами, при свете факелов входили воины. Черные сюрко с золотыми треугольниками поверх рыцарских лат мало что говорили немногочисленным горожанам, видевших этих воинов. Как и странные метки между бровей.

Но многочисленные пилумы, вздымавшиеся над воинами, как лес, говорили о том, что эти воины пришли защищать город от змееподобных тварей.

В город пришла чернь – воины Всеединого. И они отсюда уже не уйдут.

Эпилог

Янош с ужасом смотрел на инквизитора, вольготно устроившегося на стуле:

– Я не оборотень, честное слово.

..

Тот задумчиво посмотрел на свиток, лежавший на столе перед ним:

– А показания бывшей княгини Соларн говорят о другом...

– Я не оборотень! Я клянусь своей жизнью!!!

Инквизитор понятливо кивнул:

– Ясно. Нераскаявшийся. Тогда остается одно – испытание огнем...

***

Ирбис шел, насвистывая. Вихрь буркнул, специально толкая его плечом, когда обгонял на дороге:

– Прекрати.

Кошачий не понял:

– Почему? Все же хорошо.

Людей спасли, змеевиков и пескожилов остановили... Даже Янош и Радек сами пришли в себя, выбираясь из змеевиков.

Демон свернул глазами, оборачиваясь на него:

– Ты серьезно? Все хорошо? Мы боролись со следствием, не с причиной. Причина сейчас старательно дает показания и очерняет всех, кого можно и нельзя. Голову готов поставить на кон: Лесана, выторговывая милосердную смерть, сейчас обвиняет во всех смертных грехах и Яноша, и Радека.