Борцы с нечистью. Том 1

– А-а, изыди вон, сатана! Изыди! – заорал старик, вжимаясь в угол и семеня ногами так, словно пытался заползти на стену. – Пришли за мной, за мной пришли!

– Тихо-тихо, успокойся старче! – примирительно поднял руки Олег. – Кто за тобой пришёл?

– Забрать пришли, антихристы! Нет, не, не прикасайтесь ко мне, а-а! Не дамся на заклание!.. Отче наш, иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет… Оставьте, оставьте мя!.. «Если пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что». Прочь, прочь от меня, окаянные!.

. «Боже мой! Для чего Ты оставил меня? Далеки от спасения слова вопля моего». Не дамся на заклание, ироды!..

Любые заверения и уговоры не утихомиривали старика. Тогда вместо воззваний к разуму Ирина сотворила успокаивающее заклятье. Кричать отшельник перестал, но всё также наотрез отказывался говорить с посетителями, и всё также непрестанно бормотал о том, что его хотят забрать.

– Чё делать будем? – Лёха ковырялся в ухе, заглушённом воплями старика. – Что, если все здесь, как ты говоришь, юродивые?

– К юродству сие не относится, – покачала головой Ирина, следя за трясущимся отшельником.

– Топаем дальше, – решил Олег.

В четвёртой келье отшельник подобно другому духовному собрату никак не реагировал на борцов. Но и не бормотал молитв или бессмыслицы. Просто неподвижно сидел, пряча лицо под низко накинутым капюшоном, так что лишь бороду и нос видно. Однако на сей раз куда больше внимание гостей привлёк столик, освещаемый магическим огоньком Ирины.

Как и должно, стояли там иконки. Только вид они имели весьма потрёпанный: исцарапанные, испачканные и гнутые, словно кто-то в порыве бесовской злобы бросал их на пол и топтал.

Насмотревшись на осквернённые иконы, Ирина схватила капюшон, и сорвала его с отшельника. Тогда старик резко задрал голову, открыл веки и вперил в монахиню взгляд. Целиком чёрных глаз.

Прежде чем кто-то из борцов опомнился, отшельник запрокинул голову так, что затылком прижался к спине, словно шея была сломана.

Борода вздыбилась, как если бы её поддувало снизу мощным ветром. Длинная прорезь появилась под кадыком, будто некто полоснул невидимым лезвием. В следующий миг рана на шее открылась, и стало понятно, что никакая это не прорезь, а широченная пасть, усеянная зубами. Из-под власяницы показались многочисленные щупальца, одни из которых усеяны присосками, а другие – когтями.

Чудовище прыгнуло на борцов прежде, чем Олег успел выхватить топор.