Сантехник. КНИГА 1-2

Явно, что сильно привычные к таким ночевкам на сырой земле, как мы сейчас лежим, да и закаленные серьезно побольше, чем я, изнеженный постоянной горячей водой и отоплением горожанин современного такого города.

Уже хорошо запуганные нелюдями, они почти не смотрят по сторонам, не пытаются как-то общаться, постоянно глаза опущены вниз. Мне приходится так же мимикрировать со всеми вместе, чтобы не выделяться в коллективе. За разглядывание окрестностей и нелюдей можно сразу же испытать недавно пережитое мной чувство разрывающей пронзительной боли на своей спине и голове, как я теперь понимаю.

Глаза и лицо должны смотреть вниз, остальное - это явная дерзость, сразу же наказуемая первым же оказавшимся рядом нелюдем. Мне хватило одного такого воспитательного урока, чтобы осознать все последствия неповиновения приказам и даже негласным желаниям нелюдей.

Мне они, кстати, ничего не сказали о местных порядках, сразу как-то поняли, что я появился из портала и смысла в этом нет никакого, что не пойму я ничего словами.

Выпороли сразу и дали возможность самому понять, как себя вести, чтобы выжить. Суровая школа выживания, ничему не учат, сам учись, чтобы не попасть на вечернее барбекю.

Как-то все же провел ночь на земле, не имея возможности повернуться на спину и более пострадавший левый бок.

А куда деваться? Только зарезаться, больше никаких вариантов я не вижу пока.

С первыми лучами светила, когда только окрасился в розовый свет небосвод, лагерь начал сниматься с места ночевки.

Как я понимаю, нелюди хотят пройти побольше расстояние перед дневным пеклом. Поэтому вытягиваемся в колонну без всяких завтраков и мыльно-пенных процедур.

Один из нелюдей подхватил наши поводки с забитого в землю штыря, махнул мне и еще одному невольнику, чтобы подошли к нему, а потом вручил нам остатки моего дрына, чтобы мы вытащили штырь из земли.

Просунули кусок палки в широкое ушко и взявшись поближе к центру, выдернули с нескольких рывков железное жало. Что творилось в этот момент с моей спиной - лучше не говорить, только возможность снова нарваться на удары плетью заставила меня вытаскивать штырь из земли молча, крича про себя диким голосом от боли.

Однако после этого испытания как-то сразу полегчало и боль почти пропала, полезное все-таки упражнение оказалось.