Да, я счастливчик, и что с того?! Том 1

Весь учебный корпус осмотреть не успел, но это было без надобности. Многие двери оказались запертыми до первого сентября, а местонахождение столовой, медицинского пункта и библиотеки я знал. Этого пока хватит.

С Полиночкой несколько неприятных раз пересекся, но обвести ее вокруг пальца и свалить на безопасную дистанцию удалось. Роман, кстати, стал частенько о ней спрашивать, но на вопросы я отвечал уклончиво и быстро переводил тему.

Оставался, правда, интересный вопрос даже для меня. Каким образом княжне удалось заполучить рекомендацию своего отца, если без таковой зачисление не происходило? Но некоторые вопросы могли бы вечно оставаться тайной, если нет особого желания беседовать с человеком, способным на них ответить.

Утром первого сентября на письменном столе меня ожидала сложенная и тщательно выглаженная темно-синяя академическая форма. Брюки, рубашка, пиджак. Не помню, чтобы с меня снимали мерки, но села она, как влитая. Наверное, и тут отец с сестрой подсуетились.

Торжественное открытие учебного года проходило в актовом зале.

Из него были вынесены все сидячие места, а студенты выстраивались перед сценой в колонны соответственно курсам. Всего колонн было сорок, разделенных небольшими промежутками — по десять на каждый курс. Попрощавшись с Романом, я присоединился к первому, а тот размеренным шагом потопал к третьему.

Народу было, конечно, не продохнуть. Еще не все собрались, а в зале уже нечем было дышать. Открытые настежь окна под потолком не сильно улучшали ситуацию.

Зато ситуацию улучшали округлости Ульяны, стоящей передо мной.

К слову, я и на нее информацию успел нарыть, и дела у рода Левиных шли еще хуже, чем у Шестаковых. Бывший глава каким-то неоднозначным поступком начисто похерил доверие Императора, и в итоге под удар попал весь род, оказавшись в опале. Поступок этот был покрыт завесой тайны, а записи о нем — зарыты глубоко в дворцовых архивах, но факт оставался фактом. Мое общение с Ульяной могло сильно сказаться на моей репутации, а вот ее общение со мной, напротив, было для нее сродни манне небесной.

Студенты продолжали заполнять актовый зал, и однажды наша с княжной встреча должна была произойти. Та самая неизбежность, от которой никак не отвертишься. И я наслаждался последними минутами спокойствия, прежде чем эта ненормальная встала за спиной и повисла на моей руке, крепко обхватив ее.

— Доброго утречка, Гордеев! Соскучился? — заискивающе заглянула она мне в глаза, хлопая пушистыми ресницами.