Зеленое Яблоко

- Что же, видимо в западном городе не только лентяи, да торгаши. Играй, только давай, что-нибудь веселое, - сказал пианист и пошел танцевать. Рус кивнул ему и стал играть, играть, играть...

Музыка лилась непрерывной рекой, хотя уже почти все либо спали, упав головами на стол, либо уже ушли. Пианист, похоже, был из одной из семей голубоглазых, так по крайне мере он рассказал Русу. Парень ни на секунду не прекращал играть, но внимательно слушал человека, подарившего свободу, не телу его, а душе.

Семья, сыном которой был пианист, похоже хорошо дружила с мистером Тсондажом, от чего Русу было не по себе.

Он ни разу не видел этого юношу на приеме у Михаила, к тому же, глаза его были серо-темные, а никак не голубые.

Но думать, почему же так, у него не было желания - музыка, вот все что его волновало. По итогу, ему даже оставили немного денег, а ближе к утру, он попросил у бармена комнату и отдав за неё все что смог скопить, улегся спать. И впервые, у него на губах была улыбка, когда он засыпал.

***

Проснулся он уже днем. Сперва он даже не понял, где проснулся, что делает на дубовой кровати, которая была вся в пятнах от выпивки. Затем, последние часов десять его бодрствования, пронеслись перед ним, как ворох листьев осенью и он улыбнулся.

Длинные улицы, серые дома и уставшие лица. Свобода тела. Музыка. Свобода души.

- Добрый день. А ты значит, без родителей? - спросил его знакомый голос. Парнишка взглянул на того самого пианиста - высокий блондин, лет двадцати, с теми самыми угольно-серыми глазами.

Ещё вчера, он отпихнул его от инструмента, а сейчас здоровался, как старый друг.

- Почему без родителей?

- Не думаю, что они бы отпустили тебя ночевать в пивнушке, - сказал он и ухмыльнулся. "Голубоглазый, просто с серыми глазами...", вот что пронеслось в голове у Руса. Он постарался отогнать эту мысль.

- Да, мои родители бросили меня. Я сейчас у дяди, обычно живу. Около западного города у него есть ферма, а там здание с роялем. Вот я там и играл.

- А в восточном городе что забыл?

- У него тут.

.. Друзья. Да, - сказал Рус и полностью проснувшись, умылся водой из небольшого тазика, прополоскал рот и сплюнул.

- Ладно, я что пришел-то, давай так - ты приходи, как сможешь и играй на моем пианино сколько влезет, но деньги все равно мне бармен будет отдавать. Хорошо? - Ухмылка. Деньги. Голубоглазые.

Рус, мрачно посмотрел на пианиста, затем кивнул. Тот ухмыльнулся ещё шире и ушел.

Весь этот день, парнишка играл.