Дуэльный Кодекс. Том 1: Проект "Геката"

– Ты скоро? Ужин подан. Дети уже собрались. Ждем только тебя.

– Начинайте без меня, – Виктор попытался придать голосу будничный, и что важнее всего, трезвый тон.

– Но Витя, – супруга озадаченно посмотрела на него, – у нас принято ужинать вместе, конечно, если ты не в отъезде.

– Прости, Вера, – он сделал вид, что вчитывается в документы, – много работы.

– Ну, – она опустила глаза, – как скажешь.

Когда женщина мягко закрыла дверь, Виктор подождал несколько мгновений и подлил себе еще коньяка.

– Проклятье, – опрокинув залпом, Виктор добавил матом, – угораздило меня ляпнуть это, – он карикатурно изобразил себя в тот момент, – Замятин.

Вот сука… Эти слова могут стоить мне…

Виктор вздрогнул, когда что-то стукнуло в окно его кабинета, расположенного на третьем этаже поместья. Он прислушался. Когда решил, что ему почудилось, стук раздался снова, но уже двукратный. Потом деликатно застукало целой очередью.

Граф (а Виктор был именно графом), уставился на большое зашторенное окно. Стук повторился, и Виктор с трудом встал из-за стола.

Алкоголь уже влиял на координацию.

Он приблизился к окну, отодвинув шторы, нахмурился.

За стеклом сидела черная птица. Упитанный дрозд, совсем как разумное существо посмотрел в глаза Виктору, щелкнул клювом по прозрачной поверхности.

Дрожащей рукой граф открыл окно. Весенняя ночная прохлада стала просачиваться в комнату. Вместе с ней влетел и дрозд.

Птица села на стол, на удивление сильная, сбросила со столешницы большую стопку бумаги. А потом… самовоспламенилась.

Даже не каркнув, птица вспыхнула изнутри, в пару мгновений превратилась в пепел.

Виктор видел это уже не один раз. Приблизившись, он аккуратно опустил пальцы в уже остывшую золу, достал из кучки маленькую пожелтевшую записку.

Полминуты он заставлял себя развернуть ее. Когда, все же сделал, это, то прочитал несколько слов: “Роялисты разочарованы тобой. Мы начинаем действовать”.

***

На следующее утро я встал рано. Стасик еще спал. Я же сидел в гостиной-столовой и пил кофе, которое приготовила Вика.

Сестре было лучше. Казалось, поболев вечер, и распереживавшись за нас со Стасом, она стала любить братьев только больше.

– Может, еще гренку? – щебетала она вокруг меня, – а кофе долить?

– Нет, спасибо, – вежливо отказывался я, – я наелся.

– Какие планы на сегодня? – спросила она, проходя к входной двери.

– А куда ты?

– Почту посмотрю, – улыбнулась Вика, – видела, что что-то принесли.

Спустя минуту сестра вернулась с озадаченным лицом.