Чёрные начала. Том 12.

Но тщетно надеяться, что сможешь контролировать это состояние. Если оно началось, то уже не закончится, пока ты не…

— Мне плевать, — перебил я его, с трудом выговаривая слова. — Ты ведь знаешь, зачем я здесь, верно?

Вьисендо не ответил, медленно прошёл вперёд, обойдя меня по кругу и подойдя к столу, после чего, стоя уже спиной ко мне, произнёс.

— Девушка на картине, которую ты видишь — это моя дочь, Тимо. Ей было тринадцать. Удивительно похожа на Киаолиан, не так ли?

— Её имя Ки, ты, выродок обоссаный, — прошипел я.

— Было Ки, теперь…

— Ты даже не её отец, так что завали хлеборезку.

Вот здесь он сразу не ответил.

— Что ж… здесь правда на твоей стороне. Как бы я ни хотел быть её отцом, она не моя родная дочь. К сожалению, невозможно заменить то, что давно утрачено, — он медленно развернулся ко мне. — И да, я знаю, зачем ты здесь, и не буду скрывать, что наши желания совпадают.

— Тогда чего мы ждём? — прищурился я, уже готовый положить руку на рукоять меча, но удержался. Удержался потому, что сейчас мной рулила только бесконечная ярость и желание убивать.

— Наверное, ответов на свои вопросы. Тебя они никогда не мучали?

— Меня мучает лишь один вопрос, который стоит мне поперёк горла, — ответил я, едва сдерживаясь.

— Что ж, в этом мы, к сожалению, разные. Тебе нужна Ки для своих планов, ты хочешь использовать её, а я…

— Я хочу для Ки только добра, — ответил я со злостью, перебив его.

— Да неужели? — хмыкнул Вьисендо.

— Я глотку порву любому за неё, и ты не исключение, Вьисендо.

— Что ж… — протянул он, — значит, часть наших целей всё-таки совпадает.

— Да неужели?

— И ты, и я хотим Киаолиан лишь добра и безопасности, — ответил он. — Но если я её действительно защищаю, то ты… ты делаешь всё только хуже.

Верил ли я ему? Про его намёк на попытку заменить утраченную дочь Ки? Про желание её обезопасить? Нет, конечно! Потому что передо мной стоял кусок дерьма, которого заботила лишь одна вещь на свете — власть. Ни деньги, ни любовь — власть над всеми остальным. Такие люди всегда будут прикрываться благими намерениями, рассказывать всем окружающим, насколько они пытаются помочь другим, делая грязную работу, но на деле…

На деле им просто по кайфу её делать, чувствовать власть и упиваться слабостью других.

И он видел мой взгляд, прекрасно понимал, что я не верю ни единому его слову, однако это его всё равно не остановило.