Крестоносец

Точно так же, как никто не имел права читать мои письма к Домино, и ее письма мне. Однако читали. А эти письма – не прочтут.

Я бросил пачку в огонь и наблюдал, как пламя лижет пожелтевшую бумагу, пока вся пачка не вспыхнула, и очень скоро от нее осталась слоистая стопка пепла. Я налил себе еще полкубка вина и выпил. За узким стрельчатым окном было темно – наступила ночь. Сегодня я буду ночевать в доме сэра Роберта. С недавних пор – в моем доме.

Остался пенал из толстой кожи. Я догадывался, что там – тот самый рецепт, о котором сказал мне мой благодетель.

Чтобы до конца ознакомиться с доставшимся мне наследством, я открыл пенал – там был листок бумаги, исписанный с обеих сторон. С одной стороны список из двадцати восьми ингредиентов – каладиевая соль, леталиум альбум, сушеное корневище болотной ферры, прочее, прочее, прочее. С обратной стороны сама технология приготовления.

У меня появилось сильнейшее желание отправить этот листок следом за письмами бедняжки Агнесс, но я подавил его, свернул рецепт в трубочку, вложил в пенал и бросил в сундук.

Кто его знает, что меня ждет в этом мире. Может, это зелье мне однажды тоже пригодится. Ни от чего нельзя зарекаться…

Я подбросил еще поленьев в огонь, снял с себя кольчугу, стеганый дублет, стянул сапоги, задул свечи в шандале и сел на кровать, наслаждаясь легкостью в теле, освобожденном от доспехов и одежды. Помыться бы еще, конечно, как следует – но мне не хотелось беспокоить старого Назарию.

Встреча с маршалом де Бонлисом назначена на полдень, значит, я могу поспать вволю.

Наконец-то я могу выспаться по-человечески, в нормальной удобной чистой постели, так, как давно не спал.

И это еще одно благодеяние, которым я обязан сэру Роберту.

***

- Маркиз де Квинси!

Голос прозвучал громко и властно. Я поднял глаза и увидел на верхней площадке лестницы человека в черном сюрко с изображением скрещенных сигнальных рогов на груди. Я уже знал, что такой знак носят имперские герольды.

- Великий маршал ждет вас, - заявил герольд, смерив меня холодным взглядом, повернулся и пошел вперед, в анфиладу залов, предшествующих кабинету маршала.

Я шел за ним и чувствовал, как взволнованно и часто стучит мое сердце. Еще недавно я вряд ли мог даже мечтать, что когда-нибудь побываю в этих стенах. Но вот я тут, в самом сердце Ростианской империи – в крепости Фор-Маньен, главном оплоте ордена фламеньеров.