Крестоносец

Наш эскорт разделился – несколько всадников во главе с щербатым Чальдженом поехали вперед, остальные держались позади. Меня это соседство беспокоило, но говорить сэру Роберту я ничего не стал. Не хотел, чтобы он счел меня трусом.

Ехали мы до полудня, потом был короткий привал. Кочевники держались в стороне от нас. Ели они прямо в седлах, не спешиваясь. Отдохнув и осмотрев копыта лошадей, мы поехали дальше.

Ночевали мы у колодца близ причудливых меловых холмов, торчащих из равнины, как огромные сугробы грязного снега.

- Белые холмы, - сказал сэр Роберт. – До Баз-Харума осталось меньше двух дней пути.

Половину следующего дня мы ехали вдоль невысокой скалистой гряды, разрезавшей степь, пока в гряде не открылся широкий проход, ведущий на юг. Здесь, на пологом склоне горы, среди россыпей и огромных валунов, виднелись остатки гигантских, сложенных из обтесанных каменных блоков, квадратных башен. Между башнями угадывались уцелевшие части некогда мощных крепостных стен, заросших колючкой. Судя по всему, когда-то здесь была большая крепость, и забросили ее довольно давно.

- Санаян? – спросил сэр Роберт подъехавшего Чальджена.

- Санаян! – закивал кочевник. – Дорога правильный.

- Ну, вот, Мост Народов уже близко, - сказал мне рыцарь. – За этим перевалом начинаются нейтральные земли, а еще дальше, в пяти днях пути на юг - владения алифата. В Баз-Харуме мы будем послезавтра утром.

- Санаян, - сказал Чальджен, показывая на развалины башни. – Дед мой дед быть тут. Большой война. Много ашкар умирать.

- Люблю я этих степняков за честность, - буркнул Суббота. Я вопросительно посмотрел на сэра Роберта.

- Санаян был построен еще во времена Нашествия, и тут стоял сильный имперский гарнизон, - пояснил рыцарь. – Потом была война за Роздоль, и кочевники осадили крепость. После долгой осады остатки гарнизона прорвались из крепости, и Санаян был разрушен. Тут есть древний колодец, так что мы сможем напоить лошадей и…

Сэр Робертосекся. Он смотрел мимо меня.

- Что это значит? – крикнул сэр Роберт, мрачнея.

- Земля Суруш кончаться, - ощерился Чальджен. – Больше нет гость. Аччик велеть все резать. Хороший меч, хороший лошадь, железный одежда забирать.

Я ждал чего-то подобного. Уж больно подобострастной была у Чальджена морда все это время.