По закону возмездия

Конь вздыбился перед разбитыми воротами, шарахнулся в сторону, скидывая всадника.

Тайлуг вбежал во двор. У входа в дом на крыльце, залитый кровью лежал смотритель покоев Сирт. Он был еще жив.

- Господин, прости, - прохрипел Сирт. - Не уберег я госпожу. Харс пронзил ее мечом. А твой сын дрался как львенок. Его похитили.

- Кто? Кто напал на город?!

Сирт тяжело захрипел, пытаясь еще, что-то сказать, но смерть сковала его уста.

Тайлуг безумным взглядом скользнул вокруг себя и увидел нескольких своих солдат возле ворот.

- Это были бойцы Криона, - произнес один из них. - Они ворвались через деревянную стену. Стена сгорела. Командир, там сотни обугленных тел! Никого нельзя узнать.

- А хуги? Где хуги, что обещал прислать Адаульф? Где они?! – яростно вскричал Тайлуг.

Воины молчали.

- Адаульф. Змея подколодная!

Он выбежал за ворота и вскочил на коня.

- Что нам делать, командир? – обратился к Тайлугу гетальп первой хуги Стикс.

- Ищите живых. Тушите пожары, - приказал Тайлуг. – Возлагаю на тебя командование хугатоном.

А мне надо встретиться кое с кем.

- Он рванул поводья, и конь понес его к воротам города.

* * *

Столица Империи мауронгов Варанга. Имперская тюрьма.

Железная решетка темницы с лязгом отворилась. Огонь факела ударил по отвыкшим от света глазам.

- Выходи! – услышал Тайлуг оклик стражника и поднялся на ноги с холодного каменного пола, звеня цепью на скованных руках.

Четверо стражников повели его по темным коридорам имперской тюрьмы. Тускло чадили редкие факелы в скобах на сырых стенах.

Пахло плесенью и гнилым деревом.

Имперская тюрьма пряталась в подземелье под Храмом крови. Так издревле называлось величественное, овальное в плане мрачное сооружение с трибунами, вмещающими пятьдесят тысяч зрителей и ареной для жертвенных боев. На арене по празднествам дрались Обреченные на смерть. Так в народе прозвали бойцов, проливающих кровь и умирающих на потеху зрителей. Воины эти были из рабов. Многие из них бились достойно, пользовались почетом в народе и, одерживая победу за победой над противниками, оставались в живых долгие годы.

Но на каждого сильного есть свой сильнейший, и наступал миг, когда какой-то любимец публики, герой смертельных боев падал, поверженный на песок арены.

Мертвецов сбрасывали с крутого берега в поток Реки Времени. Так завершалось жертвоприношение духу великого Мауронга.

Кроме Обреченных на смерть на арене Храма крови бились за меч вожака Империи лучшие бойцы, возжелавшие заполучить высшую власть.