По закону возмездия

Проделав это, Ахарта достал из кармана белый платок и перетянул им руку, останавливая кровь.

- Вот и все, - шепотом произнес он, выпрямляясь. - Теперь остается ждать.

Вернув кубок на полку, Ахарта вышел из лекарской.

За дверью его терпеливо дожидался Фальгус.

- Ничего не делай с мальчишкой. Даже близко не подходи, - строго предупредил Ахарта врачевателя и направился к воротам.

Темнело. На небе зажигались звезды.

На выходе из лагеря навстречу Ахарте попался Фарг. Он вел за собою десяток дам легкого поведения, доставленных из города.

Этими дамами награждались на ночь особо отличившиеся бойцы.

- Не желаешь парочку на ночь, мой господин? - ощерился в сальной улыбке Фарг. – Кошечек я поймал сегодня очень игривых.

- В другой раз, - отмахнулся Ахарта. Он вышел за ворота, едва заметно кивнул, почтительно склонившимся стражникам, и направился в крепость. Перед воротами почесал за ушами саблезубых кошек.

За воротами громоздился крепостной чертог. Окованная железом тяжелая дверь надсадно скрипнула, открывая за собою его темное нутро, едва освещаемое факелами на стенах.

Ахарта поднялся по крутым ступеням лестницы, вошел в главный зал, налил вина в кубок, залпом осушил его до дна и присел в кресло возле камина. Он любил смотреть на жаркие угли, растворяясь мысленно в изменчивых языках пламени. Зачастую он так и засыпал в кресле, погружаясь в грезы снов, уносящих его по пространствам миров. Почувствовав тяжесть на веках, Ахарта прикрыл глаза.

Глава 10

ДХОР

С высокой горы он видел пред собою красные барханы пустыни, простирающиеся до далеких снежных гор, и ласкающее этот странный мир своими лучами огромное белое неземное светило на синем безоблачном небе.

Вопреки кажущейся безжизненности пейзажа, еле уловимое движение все-таки присутствовало в нем. Эти пески, вместе с небом и светом с небес, далекими изумрудно- снежными горами на горизонте и туманной дымкой воздуха медленно вращались вокруг вершины, на которой он стоял.

За его спиной царствовала ночь, закрывая небо бархатно-звездным покрывалом. По его границе с дневной синевой через купол неба пролегла семицветная радуга, невесомо прикасаясь к противоположным сторонам горизонта.

Свет и тьма на одном небе. В глубине его ощущений далекими слабыми сполохами начало проступать нечто похожее на смутное воспоминание, о том далеком времени, когда он уже когда-то видел это.