По закону возмездия

Наверху холодный ветер рвал кроны редких деревьев. За ними просматривалась широкая лесистая долина в окружении скалистых гор. Среди леса блестело небольшое озеро. На его берегах виднелись какие-то строения. Людей видно не было.

- Похоже, что селение какое-то. Пошли. Стащим, что-нибудь из еды, - предложил Зерон.

Мауронгов с раннего детства приучали к искусству выживания. Настоящий воин в любых условиях должен был обеспечить себя пропитанием и всем необходимым. Зерон в своем возрасте умел изготавливать ножи из камней, ставить ловушки на диких зверей, добывать рыбу, разводить огонь, выделывать шкуры для одежды и, само собой грабить врагов.

Будь у Зерона оружие, он не преминул бы ограбить кого-либо, но сейчас надеялся незаметно стянуть, то, что плохо лежит. Надежды Зерона не оправдались. Селение оказалось давно покинутым. Вдоль берега озера на сотни шагов протянулись поросшие мхом заброшенные руины, где обитал только холодный сумрак и ветер.

Первым делом путешественники вдоволь напились воды из озера.

- Никого здесь нет, - мрачно произнес Таон, вытирая рукой рот и озираясь по сторонам. – И ничего ценного. Тысяча демонов! От голода уже живот к спине прилип! Где мы? Куда нас занесло?

Зерон и Сигма ничего не ответили ему. Они заинтересовались гигантской статуей, которую издали приняли поначалу за скалу. Статуя в жестких рубленых формах высилась над руинами и была высечена из черного камня, изображая человека в доспехах воина. Зерон на глаз прикинул высоту этого великана. В нем было не менее пятидесяти локтей.

Великан обеими руками держал пред собой за рукоять меч, направленный острием клинка вертикально в землю. Взгляд воина был устремлен в сторону далеких гор.

Зерон пожирал глазами статую, и чувствовал, как в него проникает нечто глубинно-древнее, что кануло во тьму веков, как бы уснувшее, но во сне том ждущее своего часа, чтобы проснуться вновь былой, несокрушимой мощью.

- Вечность и сила, - невольно прошептал Зерон, сам не понимая, откуда возникли эти слова.

- Вечность и сила, - послышалось ему сквозь дуновение ветра.

Он оглянулся и не увидел никого за своею спиной. Только темные окна руин холодно и мрачно смотрели на него. Весьма странным среди этого мертвого пейзажа выглядел одинокий бревенчатый дом, стоящий поодаль на берегу озера. В отличие от руин, он не выглядел полной развалюхой. Его дощатая крыша почернела от времени, но вместе с тем не успела провалиться от снега. Его стены покосились, но не рухнули под тяжестью многих дней.