Альтея: Полое Солнце (Книга I)

— Это вряд ли, — ожесточился кондотьер. — И запугать меня этим вы тоже не сумеете, за мной стоит не только бургомистр, офицер. Я могу дать вам только одно прежнее условие: держитесь подальше от пепелища. Пущай с пожаром разбираются городничий и жители этого захолустья сами!

— Меня это устроит, — согласился Ривс. — Правда пожар…

— Оставьте погорельцев в покое. Не вспоминайте о них, как мы не вспоминаем о народе грешной Гисты, погубленном в огне божьем.

— А вы богослов.

— Церковная школа пригодилась.

К Эстену подкрался его кузен, шепнул на ухо:

— Нам ведь всё равно надо как-то составить отчётность о пожаре…

— Знаю, локо, — оборвал его офицер, — разберусь.

Кондотьер, как ваши дела с Лириком?

— Пёс бы на нём ездил, — усмехнулся Никлас. — У вас в своё время не вышло, но мы постепенно задушим его и его лунную братию. Неспешно. Победа за победой. Не к чему торопиться, когда каждый день в цене.

Ривс уловил смысл сказанного, но ответить не успел. Загромыхали сапоги. Кто-то бежал. «Засада? Кондотьер оказался хитрее, чем казался!».

Сотник уже собирался обнажить меч, когда увидел что приближались к ним безоружные наймиты.

— Шеф, — окликнул Никласа гонец, — там значит, сталбыть…

— Говори.

— Троица канцеляристов из сотни на охрану, тае, нашу забила. Этак, тае, они в квартал пробились… Дескать, к библиотеке идут!

Никлас вскипел:

— Как вы их пропустили?!

— Видит, тае, Богиня! Посланцы канцелярии инператризы этой столичной, тае, серокожая как начала на нас проклятьями кидаться, как кошка бешенная.

А их, тае, проныра, словно тенью за спинами нашими оказался!

— Дурень ты, — Никлас посмотрел на сотника, как смотрят на дерьмо у мостовой. Вновь обратился к посланцу:

— Вели нашим собираться у резиденции.

Бедолага захромал прочь.

«Рвать его мать, землянин, — зажмурился Ривс. — Как ты мог про них забыть…».

— Уговор не продержался и часа, — заключил кондотьер, взмахнув широкополой шляпой. Он зашагал вдаль по тоннелю.

Остон неуверенно взялся за рукоять меча.

— Брось, локо! Каррамба, — выругался калебец, — стоило вышвырнуть земного бугая и его цирковую труппу ещё в Беломорье!

— Нет, Эстен, — в этот раз его кузен говорил совершенно серьёзно.

— Тогда, амиго, боюсь, мы бы разделили участь Гамильтона.

Золотистый свет масляной лампы отражался от трясины канала.

***

Крапп закончил переодеваться. Лохмотья помощника интенданта он зажег пирокластическим порошком. Никто и не заметит запаха серы – рядом вонял целый сгоревший квартал.