Одинокое странствие

Ещё один удар чистым оранжевым астралом от монстра, уже сильнее. Щит Никиты сильно заколебался и он перестал заряжать атаку, сконцентрировавшись на защите.

– Расчищу! – крикнула я, пустив Штормовую стену через кусты и молодую поросль, уже подмороженную и дымящуюся после молнии. Но после меня растительность сдуло начисто, оставив длинную просеку. Нам открылся вид на здоровенную тушу существа на четырёх «лапах». Вместо передних были поблескивающие клинки, на которые оно опиралось.

Взгляд сам собой притягивался к уродливой пасти с открытыми игловидными зубами, от вида которых у многих бы затошнило.

Сзади виднелся хвост с кривым костяным жалом. Всё тёмно-синее, в тёмно-жёлтых костяных наростах, защищавших бока, живот и суставы. Четыре светящихся оранжевым впалых глаза и пятачок здорового носа. Самое отвратительное существо, что я видела.

Вокруг него светился плотный оранжевый ареол, штормовая стена его ничуть не ранила, хотя наверняка часть сил исчерпала. Монстр ненадолго притормозил, встретившись с нами взглядами, а потом оглушительно взревел и прибавил ходу.

– Лови, уродец! – закричала София, послав в грудь монстра чёрную с лёгким фиолетовым свечением стрелу. Монстр попытался прикрыться от атаки рукой-клинком, скорости движения не хватило. Сгусток энергии Разрушения угодил точно в грудь, оставив рану. Причём не поверхностную! Оттуда хлынула синяя кровь, заливая траву и пузо существа, что издало высокочастотный визг и споткнулось.

Со свистом мелькнуло объятое синими разрядами копьё Байона.

Острейшее лезвие глубоком вонзилось в район живот, пробив всё ещё нестабильный покров. Причём парень пользовался привязанной нитью маны, чтобы подавать в оружия ещё больше энергии, хотя поток был не сильный.

– Сильный, зараза. София, защищай меня. Вы двое, попытайтесь отвлечь, – начал отдавать приказы Байон, пока монстр ворочался, вставая.

Он прав. София не может сразу повторить атаку Разрушением, хотя бы пока нет смертельной угрозы лучше себя не ранить частым использованием подобного.

Тем временем уродливая образина ярко вспыхнуло оранжевым астралом и лапой выбил из пуза торчащее копьё. Аура монстра стала слабее, но кровь из груди уже не шла, а ярость пробила все мыслимые пределы, приводя монстра в безумие.

Байон под прикрытием старающейся держаться Софии скакнул в бок. Никита тем временем готовил что-то астральное, а я уже настреливала точно в морду, чтобы подогреть ярость, сама огненными шариками и из пистолета.