Одинокое странствие

Я же готовлю ещё один Штормовой Удар.

Покров на монстра всё слабее, угасает. Трава и листья вокруг замерзают, превращаясь в хрупкое стекло и осыпаются трухой под едким, разрушающим структуру материи астралом. Монстр не может удержать напор своей защитой, кожа замерзает и трескается, под очередной рык боли, переходящий в высокочастотный визг.

Заклинание готово, метнула его в сустав лапы уродливой твари, что пыталась закрыть голову от Никиты. Немного промахнулась, пришёлся не весь удар, но э того хватило повредить сустав, чтобы конечность безвольно повисла на мясе и коже.

Байон же посылает мощный силовой удар в ногу твари, которая теперь не может защититься покровом. Лапу резко двинуло, буквально выбив из-под монстра землю и тот заваливается набок, рухнув с глухим ударом и хрустом замороженных веток. Атака Никиты иссякала, хотя тварь ещё жива. Душа… сильно повреждена. Начала медленно рассыпаться.

София за это время отдохнула, небольшой фон жуткой энергии, пока остальные перешли в защиту. Тело существа умирало от глубокой заморозки, шока и изодранных ран.

Байон даже успел метнуть ещё одну ветровую атаку, расширив несколько едва затянувшихся ран.

Тело недееспособно и астральный монстр видимо решил, что может попробовать сбежать, бросив тело. Туша замерла, а рядом из воздуха возник оранжевый эфирный сгусток.

Летающий огонёк, внутри которого переплетались волны энергии и некие сложные структуры энергетического тела. Буквально душа в оболочке, повреждённой и опадающей энергетической оболочке, из которой были струйки быстро рассеивающейся энергии.

И до того, как монстр успел что-то предпринять, в него влетел небольшой сгусток энергии Разрушения, куда слабее первой атаки.

Это для него конец. Тело – лишь оболочка, вот теперь мы действительно убили монстра с другого плана. Вспышка чёрного облачка, смешанная с волной оранжевой энергии разошлась в пространстве и бесследно исчезла. Всё стихло. Все животные давно разбежались и даже ветер взял паузу, обеспечив пару секунд оглушительной тишины.

– Ну, вот это называется битва, – довольно хмыкнул Байон.

– Нет, это называется очки, – уверенно заявил Никита, подходя к мёртвой туше. – Вот тут уже не ясно… что бы ему срезать?.. И давайте не смешивать куски с обычными.

– Почему бы и нет, – Байон обошёл огромную, доставая нож и срезав кривое, торчащее назад ухо, а потом пошёл к руке-клинку. – Терминус, помоги-ка.

– А? что делать? – я пошла за ним.

– Воткни в землю и придержи, чтобы не отлетело.