Небесная Искра 6. Навь

Валькирия не знала, испытывают ли Арбитры хоть что-то, поэтому особо не задумывалась над этим.

— Лес не пускает нас, путает тропинки. Это все проделки Лиха, она явно наблюдает.

Звездочка бессильно опустила голову. В который раз она чувствовала себя бесполезной.

— Скажи мне, если Ивор нашел этот алтарь и коснулся его, что будет?

— Поскольку он простой смертный, а не Божественная частица, то вряд ли ему удастся выдержать ту силу, что содержится в алтаре. А даже если бы он и был кем-то, кому покровительствует бог, нужно обладать полной совместимостью с энергией пустоты, иначе его не просто разорвет на части от обилия энергии, а сотрет его суть с полотна Мирового Древа.

Я видела, что его тело соотносимо с телом Божественной частицы, но этого мало. Уровень культивации и объемы энергии недостаточны, чтобы считаться полноценной Божественной Частицей. Возможно, он и станет ей когда-то, когда создаст все созвездия в своем внутреннем небе и получит покровительство бога, но сейчас… без этого ему не выжить.

Звездочка внезапно в голос захохотала. Было в этом хохоте нечто нервное, но одновременно он нес и облегчение. Она аккуратно смахнула проступившую слезу и протяжно выдохнула, ощущая на себе недоуменный взгляд Мары.

— Твой друг может погибнуть, а ты смеешься? Почему?

— Поверишь ли ты, если я тебе скажу, что обычный смертный имеет больше удачи, чем сам Ньёрд — бог этой самой удачи?

Мара многозначительно усмехнулась.

***

Когда Ивор прикоснулся к идолу Чернобога, он громко загудел, но, кроме этого, случилось еще нечто необычное.

Маленькая часть энергии, что циркулировала внутри, бесцеремонно ворвалась в его тело, и, словно дымка, прокатилась поверх его ледяной, заполняя весь организм.

Небольшая частичка от всей энергии идола, для Ивора оказалась настолько громадной, что заполнила все его тело, заставляя его бессильно рухнуть. Все части тела внезапно отказали, наполняясь какой-то немыслимо сильной болью. Каждая конечность ныла так, будто ее пробили тысячами игл, а потом вбивали их глубже, молотя сверху тяжеленной кувалдой.

Юноша рухнул на землю, прислонившись боком к деревянному изваянию, что насмешливо взирало на него с высоты.

А гул продолжался.

— О, ради великого Перуна, да заткнись ты уже, ЗАТКНИСЬ!

Энергия, проступившая по его жилам, отличалась от любой элементальной энергии. Она была совершенно иного характера. Даже текла не так, как обычно.