Гарпия

Одетый слишком легко, я быстро замёрз, и меня начала бить крупная дрожь, мешая сосредоточиться.

Как ни крути, мне пришлось бы пересечь площадь, где крайне сложно остаться незаметным. Я медленно двинулся вдоль стены ратуши, держась самой глубокой тени, пока не упёрся в очередное нагромождение каких-то деревяшек, шестов и тряпок… Остатки ярмарочных павильонов! Вытянув из мокрой кучи какое-то полотнище, я накинул его на голову, замотал плечи. Теплее, конечно, не стало, но появился небольшой шанс не быть узнанным. От ткани неумолимо несло тухлятиной и помойкой, впрочем, запах соответствовал и моему нынешнему положению.

Не бежать через город было сложно: ноги на каждом шагу норовили сорваться с места, а окружающий пейзаж словно завяз в липком киселе. Мне казалось, что я стараюсь идти как можно быстрее, но, словно в дурном сне, едва сдвигаюсь с места.

Площадь я решил обойти по кругу, укрываясь под раскидистыми клёнами, обычно служащими убежищем для городских нищих и пьянчуг. Я крался от ствола к стволу, оставаясь в тёмном и вонючем пространстве между деревьями и каменной оградой, на которой словно полжизни назад мы сидели с пьяным Ютером в день ярмарки.

О, боги, Ютер! С этим не так-то легко смириться…

— Эй! Кто там?!

Надеясь, что окликнувший меня стражник не заметил, как я вздрогнул, я деланно пошатнулся, упёрся рукой в каменную ограду и развязал штаны. Да, лучшего плана у меня не было.

— Я спрашиваю, кто здесь! — голос раздался буквально у меня за спиной.

Я пошатнулся ещё раз и медленно, под журчание струи начал разворачиваться.

— Э-э-э…

— Фу, пьянь! Заканчивай давай и вали домой!

— Д-да… Г-госп-дин. Ща уже…

— Что ж вы все такие вонючие!

Я продолжал стоять пошатываясь и внимательно слушал удаляющиеся шаги: на моё счастье, это был просто городской стражник, а не кто-то из своих.

Незаметно преодолев остальное тёмное пространство, я замер напротив угла ратуши: мне предстояло пройти мимо главного входа, там, где несут караул солдаты ордена.

Невзирая на желание бежать вперёд не глядя, я стоял и ждал. Даже ночами кто-то вечно бродит по городу, ходят какие-то возы и телеги. Я спиной чувствовал, как утекает время, и собрался было уже пойти так, как на дальнем конце площади показалась спасительная телега. Я с трудом дождался, пока она поравняется со мной, вышел из тени и под прикрытием скрипучей развалюхи миновал опасный участок. В последний момент я не удержался и бросил взгляд на огромные двери ратуши.