Княжич Соколов. Том 2

Еду, свободу, даже людей.

Эфириал-гуманист.

Нонсенс, если подумать. Но таков мой первый и долгое время казалось единственный друг на этом свете.

Друг, сбивчивые мысли которого я с каждым днем на этой планете слышал все хуже и это заставляло меня действовать активнее.

Я лениво повернул голову в сторону дребезжащего от яростных порывов воздуха закрытого грузового люка самолета и всерьез задумался что будет если спрыгнуть за борт.

Ощущение падения совсем не тоже самое что полет.

Это я отчетливо ощутил на собственной шкуре месяц назад, когда выпрыгнул с пожарного самолета над Тобольском без парашюта.

Не помогло.

Потому что мозг не уловил в этом никакой опасности для жизни. Сброшенный отдельно парашютный комплект без труда улавливался даже в сотнях метров от меня, и затея пробудить Мина через имитацию полета не сработала.

Но сейчас можно не заморачиваться с парашютом. Силы от резонанса хватит, чтобы пережить падение, но, кажется, этого тоже будет недостаточно.

Даже замедленное падение это не полет.

Увы. Даже не близко.

— Почему мы летим этим маршрутом? — раздался взволнованный девичий голосок справа от меня.

Я повернул голову и встретил на себе взгляд пытливых серебристых глаз, смотрящих на меня с соседнего пассажирского кресла.

Простенького кресла из велюра и пластика, коих в предназначенном для транспортировки грузов и техники самолете было всего пять. По числу слуг мною вызванных.

Сам грузовой летающий «старичок» был приписан авиапарку Омской разведки и с легкой руки Анны Зверевой был использован в качестве нашего транспортного средства до Пражского княжества.

Моя телохранительница всерьез полагала, что принадлежность борта к имперским структурам выступит достаточным гарантом безопасности перелета, но я ее мнение не разделял.

При достаточном усердии, любой самолет падает одинаково громко, независимо от того, какие гербы намалеваны на его обшивке.

Эти гербы способны повлиять лишь на цену заказа, а исполнителей всегда можно найти.

Нечистых на руки самоубийц, желающих обеспечить безбедную жизнь трем поколениям своих родных, было с достатком в любые времена.

— Так короче, — равнодушно ответил я и ничуть не солгал.

Маршруты через прямой пролет земель прибалтики привели бы нас не в Прагу, а на тот свет, куда я совсем не спешил. Бывал уже, не понравилось.