Княжич Соколов. Том 2

Скажешь это не так?

— Так, — честно ответил я и взял в руку дрожащую ладошку девушки и пристально посмотрел ей прямо в глаза, — рядом со мной тебе ничего не угрожает.

— Обещаешь? — с едва уловимыми капризными нотками в голосе спросила девушка и подтянулась ближе, щекоча своими мягкими светло-серебристыми волосами мою руку.

— Обещаю, — улыбнулся я и завел непослушный локон девушки ей за ухо, — если, конечно, ты не перестанешь витать в облаках.

— А? — резко отстранилась Эмилия с озадаченным лицом.

— Покров где? — спросил я и демонстративно постучал указательным пальцем нахмурившейся девушке по лбу.

— Ой, — залилась краской Эмилия, обиженно толкнула меня руками и отвернулась к окну с надутыми как у хомяка щеками.

Но покров вернуть смогла мгновенно. Быстро схватывает. Умничка.

За потрескавшимся и частично оплавленным иллюминатором проплывали светло-коричневые крыши старого европейского города, который встречал нас пасмурной ветренной погодой.

Широкая полоса центрального аэропорта княжества на северо-западе от города была по периметру обставлена противовоздушными военными установками, а все подъезды к зданию укутаны в грубые объятия колонн военной техники.

Стоило нам войти в воздушное пространство пограничного княжества, как под лопаткой заныло от стойкого ощущения десятков наведенных на нас орудий.

Протоколы безопасности в регионе на военном положении написаны кровью русских бойцов и за малейшую слабину здесь расплачиваются жизнью.

— Внимание, дорогие пассажиры, — раздался по громкоговорителю бодрый голос Анны Зверевой, стоило шасси коснуться посадочной полосы и начать тормозить, — наш борт совершил посадку в центральном аэропорту Пражского княжества имени Макара Степановича Багратиона.

В этот момент снаружи раздался громкий щелчок разлетевшегося вдребезги шасси и с оглушающим грохотом самолет накренило вправо, и мы бульдозером протаранили какой-то крайне неудачливо припарковавшийся объект.

Спустя три секунды пронзительного скрежета и тряски, самолет, наконец, остановился, а я, следуя инструкциям как послушный пассажир, отстегнул ремень безопасности и поднялся на ноги вместе с висящей на моем плече Эмилией.

Ее тонкие и острые как сабли пальчики вонзились в меня мертвой хваткой и отказывались отпускать.

А я был не против.