Разочарование. Пятый пояс

Но сколько нужно звёзд разницы, чтобы ощутить стену тишины вокруг меня и сломать её?

Возвышение седого, вернее, непроглядную тьму озера его силы я помнил. Много нужно звёзд.

Вздохнув, добавил в свою речь немного вежливости и полуправды, напоминая себе, что седой может быть из тех, что ощущают ложь:

— Старший, я не очень понимаю, о чём вы. Я впервые увидел такой плащ, как у вас, только сегодня, пошёл искать слухи о таких, как вы, и у меня не было учителя, правда.

Ответом мне стал смех:

— Я мог бы спросить тебя, малец, про то, когда ты впервые увидел такой герб, как у меня, но не буду.

Я закатил глаза, пользуясь тем, что седой не видит моего лица. Умный и, похоже, и впрямь ощущает ложь. Что мне должно сказать твоё имя, седой? Я из Второго пояса, я, вообще, не знаю никого из остатков Ордена, который живёт на Полях Битвы Шестого. А и знал бы, что дальше? Мне нужно скрываться от Стражи, становиться сильней, и уж точно это не получится сделать среди тех, кого уже больше полусотни лет не любят в Империи.

Погодите-ка. Аранви?

Я даже невольно сбавил шаг. Я знал это имя. Удивительно, но знал. Это тот человек, что заказал редкое зелье у Пиатрия. Человек, что заказал редкое зелье, считай, у семьи Ян.

Осознав это, я растянул губы в злой усмешке, от которой шарахнулся встречный прохожий, прижимаясь к стене дома и буквально обтирая её спиной, чтобы обойти меня.

Согнав эту злую усмешку, я едко буркнул:

— Что мне должно сказать ваше имя, старший? Я не послушник и не служитель вашего Ордена.

И попробуй теперь отыскать в моих словах ложь, седой, что имеет дела с семьёй Ян.

Несколько вдохов было тихо, и я лишь ускорил шаг, торопясь добраться до лечебницы, но тут сзади меня обдало тёплым ветром, заставило прыгнуть вперёд, лихорадочно наполняя меридианы силой.

Не успел, волна духовной силы настигла меня раньше, сбила, сбросила на землю, придавила к ней. Прохожие так и вовсе шарахнулись в стороны с испуганными криками.

Седой уже был рядом, уже стоял в трёх шагах от меня.

Я медленно выпрямился, противостоя давлению его силы и кляня его про себя на все лады.

Сражаться против такой силы не самое умное решение. Указов над ним нет. Я, по сути, беспомощен.