Воин перехожий

Одноместная, значит-с, — добавил он и с ожиданием посмотрел на Керис. Хотя краем глаза с интересом косил на Ардала.

— Что ж, этого следовало ожидать. — Керис опёрлась о стойку. — Сколько тут у вас всего людей.

— Это, «гостей»-то? — усмехнулся мужчина. — Пятьдесят семь. А с вами вот, почитай, будет едва ль не шесть десятков. К тому добавьте ещё полтора десятка бойцов в отдельном крыле, да ещё прислуга. Мы тут, что рыба в бочке. Скоро не продохнуть будет. Ладно хоть ваши сёстры, госпожа целительница, сказали, что тут все здоровы.

Ну, как здоровы, мора нет, вроде как. А что там у кого есть, главное, что не заразное. — При этом он с невысказанным вопросом посмотрел на Керис.

Она в ответ обвела людей взглядом, коснулась медальона на шее. Сидящие в зале пусть и не проявляли внимания на первый взгляд, но прислушивались к их разговору навострив уши. Медальон Керис блеснул золотым светом, в полумраке зала будто промелькнул луч солнца, а потом скрылся за тучами.

— Да, мора здесь нет. — Керис твёрдо посмотрела на мужчину, не допуская никаких других толкований.

Сзади донеслось несколько тихих вздохов.

— А когда нас выпустят тогда? — раздалось откуда-то с дальнего стола.

Керис мельком бросила взгляд на говорившего. Тощий мужчина лет тридцати в поношенной одежде.

— Как и полагается по королевскому указу. Доведено до вас это было? — спокойно спросила Керис. В её голосе звучала сила, не допускающая возражений. Мужчина стушевался под пристальным взглядом тёмных глаз, кивнул. — Что вам было сказано?

— Через неделю отпустят, если всё рядком будет.

— И сколько вы здесь? — Голос Керис был всё так же твёрд и спокоен.

— Пятый день, — ответил он. — Но тут все здоровы. Сёстры так сказали. А у меня жена, дети в деревне одни, а там, поди уже... — договорить он не смог, поджал губы и глянул по сторонам, ища поддержки.

— Значит, вас отпустят через два дня. Не раньше и не позже. — Керис не сводила взгляда с мужчины. Только нового брожения умов и не хватало. Тем более по её вине.

Поэтому она всем своим видом демонстрировала, что ни разжалобить, ни как-то по-другому повлиять на решения сестёр не получится. Всё будет исполнено, как подобает, по закону, а главное — по лечебной науке.

Сказано сидеть неделю — будут сидеть и ждать.

Несколько мужчин переглянулись между собой. Были они из одной компании, кучковались вместе. В глазах и фигурах — недовольство, проявиться которому не давало наличие стражников да паладинов в округе.