На вершине бездны

Ещё взмах посоха, и последний из нападавших рухнул лицом в пол.

Капитан попятился. Валейтудо двинулся к связанному Годо.

— Этот человек заслуживает большего уважения, — спокойно сказал монах, потянувшись к узлу.

Однако оглушительный выстрел заставил его остановиться и медленно сползти по своему посоху на пол.

— Довольно этого цирка! — выпятив челюсть, нагло процедил сквозь зубы Кобылин, пряча в кобуру ещё дымящийся наган.

Глава 10

Глава 10

Дверь в хижину лесника распахнулась.

— Просыпайтесь! — раздался встревоженный голос Карима.

— Что стряслось?! — вздрогнув и продрав глаза, спросил Веласкес.

— Годо и Валейтудо арестованы. Монах тяжело ранен. Усадьба кишит людьми коменданта, — задёрнув на окнах занавески, ответил ассасин.

Взглянув на крестоносца, Карим хотел было что-то добавить, но, тяжело выдохнув, опустил голову.

— Что-то с Даримой? — взяв ассасина за рукав, спросил Гаспар.

Карим поднял глаза на Гаспара и покачал головой.

— Мертва,— тихо добавил он.

— Что?! — подскочив закричал рыцарь, хватая Карима за плечо.

С силой распахнув дверь, Гаспар вышел в ночной лес.

— Как это случилось? — почти шёпотом спросил Веласкес.

— Убили ножом, — переворачивая опрокинутый стол, ответил ассасин.

— Её-то за что? Чёртово зверьё! — сжав бороду в кулак, сказал Веласкес.

Накинув капюшон, Карим вышел вслед за Гаспаром.

Подойдя к облокотившемуся о дерево крестоносцу, Карим молча встал рядом.

— Кто и за что? — переламывая в руках сухую ветку, спросил Гаспар.

— Не знаю, — угрюмо ответил Карим. — Кто-то из людей коменданта, но убийство вешают на Годо. На нём была её кровь. Дарима ему как дочь была. Говорят, старик как сумасшедший рыдал на её теле.

— Когда похороны? — швырнув в темноту ветку, спросил Гаспар.

— Завтра в полдень на старом кладбище, — сказал Карим, поёжившись от ночной прохлады. — Там будет много солдат. Они ждут провокаций. Если решишь пойти, будь крайне осторожен, — добавил он и, повернувшись, направился к дому.

— Что теперь будем делать? — взглянув на входящего в дверь ассасина, спросил Эстебан. — В чём их обвиняют?

— Обвинения крайне серьёзные. Годо обвиняют в измене и серии убийств. Это неминуемая казнь. Монаха тоже ничего хорошего не ждёт, если выживет.

— Можно их как-то вытащить? — взглянув на Карима, пробасил Эстебан. — Если вышло со мной, может, получится и с ними?

— Нет. Больше это не сработает, — покачал головой ассасин.