На вершине бездны

— Дьявол! — хлопнув себя по коленке, прохрипел Барт. — Я рассчитывал на хороший конец.

— Смотрите в оба! — громко сказал Гаспар и направил коня вперёд.

Проехав несколько миль, группа снова наткнулась на следы засохшей крови. Рядом лежали трупы лошадей. На этот раз крови было гораздо больше.

— Боже правый! Здесь словно забивали стадо скота, — положив руку на рукоять меча, произнёс Гаспар.

— Эй, Тахо! — прохрипел Барт. — Давай! Расскажи нам новую историю! Только пусть в этот раз эти трое умрут, — отхлебнув из фляжки и не сдерживая отрыжки, воскликнул пират.

Индеец нехотя слез с коня и обошёл залитое кровью ристалище.

— Разбойники вернулись, — тихо произнёс Тахо. — Их много. Больше десяти. Незваные гости застали наших друзей на привале. Они кружат на лошадях. Ковбой снова стреляет. Парень в шароварах тоже не стоит на месте, — пихнув носком мокасина смуглую окровавленную кисть, добавил он. — Три подстреленные лошади падают. Парень с хохолком на голове быстро разбирается с упавшими всадниками.

Один из всадников захлестнул ноги девушки и потащил её вслед за лошадью, — пройдя по неглубокой колее на песке, продолжал индеец. — Парень с хохолком вскакивает в стремена, нагоняет ездока и срубает верёвку. Девушка свободна, — подняв с песка отсечённый кусок верёвки, произнёс Тахо. — Нападавшие снова уходят. Друзья двигаются дальше, но уже на двух конях, — обходя мёртвую лошадь с клеймом Годо, заметил индеец.

— Чёрт! Тахо! Опять у тебя сказка дурацкая! Почему эти трое в ней никак не сдохнут?! — возмущённо прохрипел Барт.

— Один из них серьёзно ранен, — взобравшись в седло и не глядя на пирата, ответил ему Тахо.

— Арх!!! Карамба! Что ж ты молчал, красная твоя рожа! Ну хоть что-то хорошее от тебя услышал.

— Что ты там пьёшь из своей фляжки? — подозрительно посмотрев на пирата, спросил Веласкес. — Или тебе твою пустую башку так солнцем напекло?! Несёшь всякий вздор.

— Если я в свою флягу догадался налить вина, а ты в свою нассал, это ещё не повод для зависти, — раскачиваясь в седле, ответил пират.

Когда солнце пошло на убыль, Гаспар вновь остановил коня.

— Что там?! — раздался грубый бас Эстебана.

Гаспар свистнул и спрыгнул с лошади. Несколько шакалов, копающихся в песке, скуля разбежались по сторонам.

— Да упокоит Господь его душу! — перекрестившись, произнёс Гаспар.

Из песка виднелась красная ткань шароваров и обглоданная шакалами рука. Рядом, у изголовья, торчала казацкая шашка.