Молот империи (часть 5)

А тут вот оно как.

— Ритуал, — сказал я. — Как он проходит? Я не могу вспомнить ничего, кроме темноты и боли.

— Грязное дело, — Радич поморщился. — Тебе дают пустую свечу в руки и перерезают горло на глазах у твоей цели. И после этого свеча зажигается. Так работает не со всеми. Из всех, что я видел, это работало только с тобой. Будь это проще, императоры переселялись бы сами. Но они проверяли это на других. И не раз.

Огонь, который я видел в темноте. Свеча была рядом, поэтому я легко до неё добрался. А вокруг вечная тьма.

Духи не видят ничего. Они слепые, носятся по земле, пока не найдут свечу. Любую.

Но в первый раз нас просто душили, а не резали... чтобы мы могли вернуться в старое тело вместе с душой Небожителя, которая цеплялась за нас, потому что мы были ярче свечи.

— А потом?

— А потом цель читает старую клятву предкам, — Радич налил чай в две чашки из маленького заварника. — Что он отдаёт своё тело предку. После этого он умирает, воскрешается другой, а свеча гаснет. Это было так, я сам видел, как это происходило с тобой.

— Мой правнук прочитал это добровольно, — сказал я. — Но почему другие читали молитву? У меня было пять тел. Или шесть?

— Это были преступники, которым обещали амнистию. Ложь, да, но знаешь, мои руки по локоть в крови. Служба империи — дело грязное, — Радич шумно отпил чай. — Вряд ли ты мне поверишь, но совесть иногда меня мучает.

— Не поверю. И точно не все были преступниками, у каждого должна была быть хотя бы капля крови Небожителя. Ещё ты говорил, что сам выбрал меня для защиты наследницы.

Сам предложил меня императору. Как это было? Ты так запросто предложил мятежника для этой задачи?

— Не всё было так просто.

Я уселся в кресло. Как же я устал на самом деле. Защитил семью, мать его, зараза. Уничтожил единственного потомка-парня. Мне и раньше было неприятно, что парень отдал жизнь за меня, но я думал, что это гвардеец и даже не хотел его подводить, чтобы его жертва не была напрасной.

— В то утро, когда император приказал мне вернуть Катерину, — Радич подал мне чай и сел напротив, громко швыркая.

— Мы обсуждали план. Он говорил, что не хочет полагаться на друзей империи — Варга и Рэгвардов.

— Что тогда?

— Старик требовал от меня, чтобы я говорил прямо. Вот я и сказал, что не врагов же использовать для защиты. Не доставать же нам из тюрьмы генерала Загорского. А император сделал вид, что ему эта идея понравилась. И мы даже обсудили преимущества. Ты же всё-таки был героем империи и преданным ей. А ещё очень упрямым.